Спас Нерукотворный (Андроников монастырь)

Оригинал взят у expertmus в Спас Нерукотворный (Андроников монастырь)

Тропарь Нерукотворному Образу Господа нашего Иисуса Христа, глас 2:
Пречистому образу Твоему покланяемся Благий, /просящее прощения прегрешений  наших Христе Боже:/ волею бо благоволил еси плотию взыти на Крест,/ да избавиши, яже создал еси, от работы вражия./ Тем благодарственно вопием Ти:/ радости исполнил еси вся Спасе наш,// пришедый спасти мир
Кондак Нерукотворному Образу Господа нашего Иисуса Христа, глас 2:
Неизреченнаго и Божественнаго Твоего к человеком смотрения,/ неописанное Слово Отчее,/ и образ  неписанный,/ и богописанный победителен,/ ведуще неложнаго Твоего воплощения,// почитаем, того лобызающе.
Величание Нерукотворному Образу Господа нашего Иисуса Христа:
Величаем Тя,/ Живодавче Христе,/ и почитаем вси Пречистаго Лика Твоего// преславное воображение.
Молитва Нерукотворному Образу Господа нашего Иисуса Христа:

О Преблагий Господи Иисусе Христе, Боже наш! Ты древле человеческаго естества Твоего лице пресвятою водою омыв и убрусом отер, чудесне оное на том же убрусе изобразити и Едесскому князю Авгарю во исцеление недуга его послати благоволил еси. Се и мы ныне, грешнии раби Твои, душевными и телесными недуги нашими одержимии, лица Твоего, Господи, ищем и с Давидом во смирении душ наших зовем: не отврати лица Твоего от нас, и уклонися гневом от рабов Твоих, Помощник нам буди, не отрини нас и не остави нас. О Всемилостивый Господи, Спасителю наш! Вообрази Сам Себе в душах наших, да во святыне и правде жительствуеши, будем сынове Твои и наследницы Царствия Твоего, и тако Тебе, Премилостиваго Бога, нашего, купно со Безначальным Отцем Твоим и Пресвятым Духом, славити не престанем во веки веков. 

Спас Нерукотворный с ангелами и херувимами.
Новгород.
1282 г.
7, 6 х 17.
ГИМ. Лобковский Пролог (Пролог Захарии) [Хлуд. 187].

Редакция официального блога научного коллектива Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени прп. Андрея Рублева поздравляет всех своих коллег и иконописцев с профессиональным праздником Перенесения из Едессы в Константинополь Нерукотворенного Образа (Убруса) Господа и Бога нашего Иисуса Христа (944). Как заведено по русской традиции, именно образ Спаса Нерукотворного является первой самостоятельной работой, которую выполняет закончивший ученичество иконописец.
 
См. также по данной теме – 
Спас Нерукотворный из Андроникова монастыря: расследование одной «сенсации»: http://www.expertmus.com/2012/03/blog-post_9555.html
Andronikov Monastery: A small piece of Moscow’s spiritual heritage: https://www.academia.edu/5303047/Andronikov_Monastery_A_small_piece_of_Moscows_spiritual_heritage
Андроников монастырь (Википедия): http://www.expertmus.com/2012/03/blog-post_6788.html
Древнейший храм Москвы: http://www.expertmus.com/2013/08/blog-post.html
Древности Спасо-Андроникова монастыря: http://www.expertmus.com/2013/10/blog-post_20.html

В нашем блоге уже шла речь о местночтимой иконе Спаса Нерукотворного из Спасо-Андроникова монастыря, которую по преданию привез из Константинополя свт. Алексий. Напомним, что, согласно агиографическим сведениям, Киевский митрополит Алексий по пути в Константинополь в 1354 г. попал в шторм. Святитель дал обет построить в Москве собор в честь того святого или праздника, в день которого он благополучно достигнет бухты Золотой Рог. День пришёлся на празднование Спасу Нерукотворному. Как установил наш коллега профессор Олег Германович Ульянов, в 1356 г. митрополит Алексий, будучи повторно в Константинополе, привез в Москву список с чтимой иконы Спаса Нерукотворного Образа (первая половина XIV в.), которая стала особо почитаемой святыней Андроникова монастыря.

 

«Первая встреча преподобного Сергия и митрополита Алексия произошла, скорее всего, после возвращения святителя осенью 1354 г. “къ Рускым странам, къ своей митрополии” из его первой поездки в Константинополь на поставление. Именно тогда, как мы полагаем, митрополит Алексий попал в бурю на Черном море и “обет свой дах Богу: вън же день доправит Господь въ пристанище котораго святого, въ то имя създати церковь”. Если относить спасение святителя к его второй поездке в Константинополь в 1356 году, то возникает противоречие, ускользавшее ранее от внимания исследователей: митрополит Алексий в таком случае должен сразу иметь на своем корабле “Образ”, в праздник которого он обретет пристанище.

“Честную икону образа Христова, юже сам принесе от Константина града, чюдну и златом украшену” митрополит Алексий мог привезти из второй поездки специально для освящения обетного храма. Сцена освящения Спасской церкви в Андрониковом монастыре запечатлена на одной из миниатюр рассматриваемого цикла (л. 221). Митрополит Алексий, сопровождаемый преподобным Андроником, обходит с юга на север («противосолонь») алтарь церкви, держа в руках “образ” Спаса (оплечный), который он “въ церкви постави”. Святителя помогают узнать не только надпись у нимба, но и белый клобук, архиерейская мантия, а также длинная, острая, чуть раздвоенная на конце борода, такая же, как и на иконных клеймах».


Освящение Спасского собора митрополитом Алексием. Миниатюра.
Лицевое Житие преподобного Сергия Радонежского. Л. 221.
Ок. 1592 г.
31.5 × 20.
РГБ. Троицк.ΙΙΙ-21.

В 1999 г. сотрудница нашего Музея Наталья Николаевна Чугреева высказала предположение, что местночтимая икона Спаса Нерукотворного, привезенная митрополитом Алексием из Константинополя, попала из Спасо-Андроникова монастыря в собрание филиала ГИМ «Новодевичий монастырь». Основанием для её гипотезы стало заметное сходство (особенно – по утратам) этого музейного экспоната с опубликованной в первом томе Лицевого иконописного подлинника Н.П. Кондакова (Кондаков Н. П. Лицевой иконописный подлинник: Иконография Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. СПб., 1905. Т. 1. С. 88. Табл. а) фототипией местночтимой иконы Спасо-Андроникова монастыря (см. фото).

Спас Нерукотворный.
XIV в.
29 × 24.8.
ГИМ 103803. НДМ инв. 202/307.

Спас Нерукотворный.

XIV в.
Кондаков Н.П. Лицевой иконописный подлинник, т. I. Иконография Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. СПб., 1905. С. 88, табл. а.
Более того, 29 августа 2005 г. на презентации книги «Спас Нерукотворный в русской иконе» (Спас Нерукотворный в русской иконе / сост. Лидов А.М., Евсеева Л.М., Чугреева Н.Н. М., 2005) другая сотрудница нашего музея Лилия Михайловна Евсеева категорически заявила, что «это та самая икона, которая 650 лет назад была привезена из Константинополя в Москву митрополитом Алексием как благословение на его святительское служение»?! Речь шла об иконе «Спас Нерукотворный» из хранилища ГИМ в Новодевичьем монастыре, которую специально на один день (!) доставили в наш Музей имени Андрея Рублева на презентацию (см. фото).
Однако у подлинной святыни Спасо-Андроникова монастыря был «двойник» – точная копия иконы Спаса Нерукотворного, которая хранилась вместе с ее «образцом». Сведения об этом приводит в своей книге об Андрониковом монастыре архим. Сергий (Спасский), с 28 октября 1880 года – настоятель Спасо-Андроникова монастыря. Так, по ведомости архимандрита Феофана, составленной по возвращении 18 ноября 1812 г. в разграбленный французами Спасо-Андроников монастырь, «осталось в целости: 4. Местный образ Нерукотвореннаго Спаса, принесенный святителем Алексием Митрополитом из Царьграда, коим благословил его тамошний патриарх около 1360 года со украшением своим и другой с перваго копия со украшением» (Сергий, (Спасский), архим. Историческое описание московского Спасо-Андроникова монастыря. М. : в унив. тип. (Катков), 1865. С. 78). В самой рукописи на полях есть поздняя приписка другим почерком, отличным от автографа архим. Феофана, что «сей список с оригинального в 1817 году неизвестно кем похищен». Данное происшествие случилось накануне работ по устройству иконостаса в Спасском соборе в 1818-1820 гг.

Между тем, любой квалифицированный специалист по древнерусскому искусству легко определит, что иконография рассматриваемого образа (даже с учетом позднейших поновлений 1-й трети и кон. XIX в.) является весьма нетипичной для времени святителя Алексия и прп. Андрея Рублева: узкий лик, остроконечная «мокрая» брада, две симметричные пряди волос. Достаточно сравнить икону из ГИМ с известным памятником лицевого шитья – воздухом 1389 г., чтобы убедиться в существенном иконографическом расхождении.

Спас Нерукотворный с предстоящими. Воздух. Фрагмент.

1389 г.
123 × 221.
ГИМ инв. 15494 РБ-1.

Нетрудно заметить, что на миниатюре (см. фото вверху) из Лицевого Жития преподобного Сергия Радонежского (Л. 221) образ, который держит в руках свт. Алексий, существенно отличается от иконы из ГИМ, которая стала объектом ложной «сенсации». По своим иконографическим особенностям (две симметричных пары строгих прядей волос, окладистая брада с небольшим раздвоением на конце, широкий нимб, изображение убруса) местночтимый образ из Спасо-Андроникова монастыря явно тяготеет к раннему иконографическому типу Спаса Нерукотворного, известному в домонгольской Руси (см. фото).

Спас Нерукотворный.
Ярославль.
Первая половина XIII в.
104 × 74.
ГТГ инв. 048138

Окончательно убедиться в полной несостоятельности гипотезы Чугреевой-Лидова-Евсеевой позволяют уникальные памятники лицевого шитья XVII в. с образом Спаса Нерукотворного, происходящие из древней обители, где всю жизнь подвизался и был погребен великий иконописец прп. Андрей Рублев († 17 октября 1428). Очевидно, что эти чудом уцелевшие святыни (см. фото), реквизированные в 1928 г. из ризницы Спасо-Андроникова монастыря, так или иначе воспроизводили местночтимый образ Спаса Нерукотворного, который в 1356 г. привез в Москву из Константинополя митрополит Киевский и всея Руси Алексий.

Спас Нерукотворный. Хоругвь.
Середина XVII в.
55 х 55,5.
Происходит из московского Спасо-Андроникова монастыря. В 1928 г. была реквизирована и хранится в настоящее время в Государственном историко-культурном музее-заповеднике «Московский Кремль».
Опись Московской Оружейной палаты. Кн. 12-18 // ОРПГФ Музеев Московского Кремля. Ф. 20-А. Оп. 1, 1914-1930-е гг.. Д. 13, № 13663.
На среднике одной из сторон хоругви по малиновому атласу вышито изображение Спаса Нерукотворного на падающем крупными складками убрусе, поддерживаемом с двух сторон стоящими и именословно благословляющими плат ангелами. Лик Иисуса Христа с клиновидной бородой с двумя завитками на конце, обрамлен длинными, без пробора волосами, спадающими на убрус вьющимися локонами и окружен золотым нимбом. Фигуры ангелов имеют сильно удлиненные пропорции и частично скрыты складками плата. Личное шито тонким некрученым песочного цвета шелком, «атласным» швом и «в раскол», по форме, с легкими оттенениями под глазами. Черты лиц, пряди волос, контуры и детали рисунка прошиты толстым крученым голубым и малиновым шелком. Волосы Христа шиты коричневым, завитки на бороде – голубым, волосы ангелов – малиновым шелком. Все остальное шито по настилу из белых толстых нитей прядеными серебряными и золотными нитями с тонкими цветными прикрепами (швы – «черенок», «клопчик», «перышки», «ягодка двойная», «ягодка в четыре клетки», «разводная клетка»). На каймах по такому же малиновому атласу, как и на среднике, вязью, почти без лигатур (кроме конца надписи) шит тропарь Нерукотворенному Образу: «Пречистому Ти образу поклоняемся…». Надпись начинается на верхней кайме, переходит на правую, затем на левую и нижнюю. Буквы на двух первых направлены внутрь произведения, двух других – наружу.
Сохранность и реставрация: утраты шитья в личном (виден фон). На нимбе утраты серебряных нитей до настила. Золотные нити секутся и отстают. Атлас фона сечется, имеет большие прорывы и штопки, загрязнен. Подкладка отсутствует (на обороте холст, подложенный под фон). На нем местами толстые красные шелковые нити, по-видимому от поновлений.

Спас Нерукотворный. Палица.
Конец XVII в.
41 х 39.
Происходит из московского Спасо-Андроникова монастыря. В 1928 г. была реквизирована и хранится в настоящее время в Государственном историко-культурном музее-заповеднике «Московский Кремль».
Опись Московской Оружейной палаты. Кн. 12-18 // ОРПГФ Музеев Московского Кремля. Ф. 20-А. Оп. 1, 1914-1930-е гг.. Д. 13, № 13664.
Палица шита по малиновому итальянскому атласу. В центре – Спас Нерукотворный. Убрус с двух сторон держат два стоящих ангела. По углам в овальных медальонах – поясные фигуры евангелистов с книгами в руках и надписями серебром. Верхний евангелист Марк и нижний Иоанн изображены прямолично; левый Лука и правый Матфей – в трехчетвертном повороте к Спасу. По фону между медальонами вышито девять восьмиконечных разного размера звезд. Личное шито некрученым шелком песочного цвета «в раскол» и «атласным» швом по форме. Коричневым шелком отмечены черты и контуры ликов, а также волосы. Одежды шиты золото-серебряными прядеными нитями с цветными прикрепами (швы – «ягодка», «рядки»). Нимбы и плат – серебром с малозаметной прикрепой. Нимбы, медальоны, контуры фигур ангелов, убрус, звезды обнизаны мелким жемчугом. На каймах того же атласа, что и средник, прядеными серебряными нитями вышита надпись вязью: «Пречистому Ти образу поклоняемся…». Надпись начинается на левой верхней кайме, переходит на верхнюю правую, затем на нижнюю правую и заканчивается на нижней левой. Буквы на всех каймах направлены внутрь произведения. Подкладка из китайской камки светло-песочного цвета с узором извивающихся веточек с цветами хризантем и листьев. Под ней видна более ранняя подкладка алой тафты. На подкладке черными чернилами написано и зачеркнуто: № ОСМЫЙ. В верхнем углу – медное кольцо.
Сохранность и реставрация: Лики прописаны масляной краской. Утраты шелкового шитья, золотное шитье сильно потерто. Ткани секутся, имеют разрывы до холста подложки. Утраты жемчуга. На подкладке – следы ржавчины, отверстия от гвоздей.

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева.

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

«Земля, золото, серебро» (черно-желто-белый) – ЕДИНСТВЕННЫЙ национальный Русский флаг

Оригинал взят у expertmus в «Земля, золото, серебро» (черно-желто-белый) – ЕДИНСТВЕННЫЙ национальный Русский флаг

22 августа в России отмечается День Государственного флага Российской Федерации, установленный на основании Указа Президента РФ от 20 августа 1994 г. В этот день в 1991 г. на Чрезвычайной сессии Верховного Совета РСФСР было принято постановление считать «полотнище из… белой, лазоревой, алой полос» официальным национальным флагом России …
На самом деле русский национальный флаг – это «Земля, золото, серебро» (черно-желто-белый): http://expertmus.livejournal.com/50597.html
Для справки: «Национальные цвета, входящие в состав флага, ЗАИМСТВУЮТСЯ ИЗ ГЕРБА того же государства, которому флаг принадлежит. Если же цвета последнего не соответствуют цветам главных элементов Государственного герба, то флаг НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАЗВАН национальным, так как ГЕРБ ЕСТЬ УСЛОВНОЕ СИМВОЛИЧЕСКОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ САМОГО ГОСУДАРСТВА ИЛИ НАЦИИ.
Еще 11-го июня 1858 года, в Высочайше утвержденных рисунках расположения Гербовых цветов Империи на знаменах и флагах, употребляемых для украшения при торжественных случаях, цвета указаны: ЧЕРНЫЙ, ЖЕЛТЫЙ и БЕЛЫЙ. Употребление же коммерческого флага для этой цели не предусмотрено.
Флаг цветов белого, синего и красного имеет ОФИЦИАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ «Флаг коммерческих судов», а наименование «Русский» НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ ему исключительно.
Если бы изъятие черно-желто-белого флага (при коронации 1883 г.) последовало В ОТМЕНУ прежде существовавших, УТВЕРЖДЕННЫХ Высочайшею властию постановлений, то оно должно было бы быть обнародовано существующими на сей предмет порядком.
Поэтому мнение о прекращении употребления черно-желто-белого флага явилось, вероятно, вследствие недоразумения, так как флаг этот Высочайшими повелениями ОТМЕНЕН НИКОГДА НЕ БЫЛ и представляет собой ЕДИНСТВЕННЫЙ национальный Русский флаг» (Россия. Министерство юстиции. Особое совещание для выяснения вопроса о русских государственных национальных цветах. Докладная записка Члена особого Совещания Князя Путятина, поданная 29 марта 1896 г. в Высочайше утвержденное Совещание. СПб., 1911).
Наличие или, наоборот, отсутствие геральдической преемственности любого флагового символа легко проверяется на основании вексиллологических истин общего порядка, а именно:
1. Гербовая символика любого государства всеглда древнее символики флаговой.
2. В силу 1-й причины цвета, составляющие палитру государственного или национального флага у государств и народов, уважающих своё историческое прошлое, непременно перекликаются с государственным гербом.
Государственная хоругвь (Государственное знамя в послепетровское время) уже в начале XVII в. несла 3 основных цвета: черный – цвет государственного герба (двуглавого орла), желтый – основной фон знамени, белый – цвет образа св. Георгия Победоносца, причем черно-желтое сочетание указывало на унаследование Российским престолом императорского стяга Византийской империи.
У всех народов цвета кокарды составлялись из их национально-государственных цветов. На русской военной кокарде, названной «Российским полевым знаком», еще в 1731 г. были утверждены данные цвета по решению Сената от 17 августа. «То, что цвета: черный, золотой и белый – признаются настоящим Высшим Русским правительством отличительно русскими национальными цветами,- это особенно очевидно для каждого подтверждается цветами русской национальной кокарды» (Воронец Е.Н. Какие цвета установлены историей и русскими законами для отличительно русского флага? Харьков, 1892. С. 18).
Бело-сине-красный триколор являлся голландским флагом до революции под предводительством Оранского дома Генеральных Штатов Соединенных Нидерландов, а в России его ввел вовсе не Пётр Великий, как многие ошибочно думают, а он впервые появился по почину польского капитана-наёмника Бутлера в качестве русского военно-морского флага согласно царскому указу от 24 апреля 1669 г. (Белинский В.Е. Русский национальный флаг и его реформа. СПб., 1911. С. 9-10). Таким образом бело-сине-красный триколор был утвержден для единственного тогда нашего Дединского корабля по предложению иноземного капитана-наёмника! До рождения Петра I оставалось еще 3 года …
Более того, Петр Великий после своего первого посещения Архангельска в 1693 г. пожаловал свой «струг» архангельскому архиеп. Афанасию «со всею снастью корабельною» как более не нужную ему вещь, поскольку сам Петр стал отдавать предпочтение Алярдовским проектам, т.е. Андреевскому военно-морскому флагу. Поэтому бело-сине-красный триколор с 1705 г. имел постоянный статус «коммерческого, торгового флага», т.е. бело-сине-красный триколор при Петре I стал коммерческим (торговым) символом, будучи дарован только торговым судам по именному указу № 2021 от 20 января 1705 г.
Флаг российских государственных цветов «Земля, золото, серебро» (черно-желто-белый) начал вывешиваться в торжественные дни в России после 1815 г., вслед за окончанием Отечественной войны с наполеоновской Францией. В 1858 г. бело-сине-красный триколор вступил в неожиданный конфликт с черно-желто-белым флагом. В тот год в Париже праздновалась окончание Крымской войны и подписание тяжелого для России трактата, а на улицах французская сторона вывесила коммерческие морские флаги (бело-сине-красный триколор), что было воспринято Россией как недружественный жест. Тогда же, в 1858 г., при Александре II черно-желто-белый флаг был официально узаконен в качестве династического, будучи тождественен с цветом государственного герба и Императорского штандарта, усвоивших черную финифть и золотой металл (Второе полн. Собр. Законов Российской Империи. Том XXXIII, отд. 3, кн. III. Прил. С. 311 к № 33289).

1 января 1865 г. выходит Именной указ Александра II, в котором цвета «Земля, золото, серебро» (черно-желто-белый) прямо названы «государственными цветами России» (Полн. Собр. Законов Российской Империи. Собрание второе. Том XXXIX. 1864 г. Изд. 1867 г. С. 464. № 41, 551, декабря 5). Вскоре при въезде в Варшаву Государя Александра II русские жители вывесили черно-желто-белый флаг, а поляки – бело-сине-красный триколор.

Популярность бело-сине-красного флага у славян связана с тем, что в годы русско-турецкой войны 1877-1878 г. бело-сине-красный триколор (Самарское знамя) был вручен болгарской армии, а затем вошел своими цветами в сербский и черногорский флаги.
Высочайше утвержденные 28 апреля 1883 г. правила о коронации Александра III неожиданно указывают в качестве правительственного бело-сине-красный триколор, однако статьей 1142 Морского Устава 1886 г. бело-сине-красный флаг Высочайше утверждается вновь лишь «для коммерческих судов».
Согласно вердикту правительственной комиссии 1896 г. для обсуждения вопроса о русском национальном флаге, «цвета черный, желтый и белый долее четырехсот лет являются отличительно русским гербовыми цветами».
Национальным бело-сине-красный флаг России стал лишь в 1896 г. приказом по Военному ведомству № 102 от 9 мая за подписью военного министра Г.А. Ванновского. В 1910 г. в ходе заседаний второго Особого совещания для обсуждения вопроса о русском национальном флаге бело-сине-красный триколор подвергся обоснованной критике с точки зрения его соответствия статусу национального флага России. В феврале 1913 г. по решению Правительствующего Сената об учреждении медали в память 300-летия Царствования Дома Романовых на ленте были утверждены государственные цвета России – черно-желто-белый (Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правит. Сенате. 1913 г. Отдел 1. № 45. Ст. 372. СПб., 1913).
Второе Высочайше утвержденное Особое совещание по вопросу о русском национальном флаге при Министерстве юстиции в 1914 г. единодушно вынесла вердикт о признании черно-желто-белого флага «государственным национальным».
Бело-сине-красный триколор так и не сменил свой статус «коммерческого, морского флага» на статус «государственного», каковым вплоть до свержения монархии в России оставался черно-желто-белый флаг. Во все дни героической обороны Порт-Артура ген. Р.И. Кондратенко каждое утро лично присутствовал при подъеме черно-желто-белого флага на главной флаг-мачте крепости, где он гордо реял вместе с военно-морским Андреевским флагом…
А вот в бело-сине-красных цветах леволиберальная интеллигенция усматривала революционную лихорадку по типу французской или голландской, решительный пересмотр монархических ценностей и перелицовку России на демократический лад. Вот почему после Февраля 1917 г. бело-сине-красный триколор стал доминировать, и в 1919 г. ген. Лавр Корнилов его сделал знаменем Добровольческой армии. Нет ничего удивительного в том, для изменников присяге и Государю стал ненавистен национальный флаг Российской империи с его «романовскими» черно-желто-белыми цветами и куда милей флаг «частных граждан», под ним вздыхавших: «Ах, Франция, нет в мире лучше края» …
После Февраля 1917 г. черно-желто-белый флаг был запрещен в России! А ведь только он соответствовал государственному гербу и по праву являлся государственным национальным флагом России. Столь же одиозным нападкам подвергся двуглавый орел, лишенный императорских венцов при Временном правительстве, утвердившем это нелепое предложение Особого совещания по делам искусств, созданного по … инициативе Горького:-)
Так что вопреки исторической логике современная Россия до сих пор живет под власовским триколором «февраля 1917 г.», навязанным ей Ельциным! Странно, что некоторым современным историкам и политологам это не мешает всерьез рассуждать о «византийском наследии» (помните недавний спорный фильм о. Тихона (Шевкунова) о Византии) и даже проводить некоторые параллели. 

«Во всех тех государствах, где не порвана связь со славными традициями прошлого страны, герб государственный почитается драгоценною святынею, символически выражающей могущество и незыблемость ее основ. Отсюда следует, что государственные, то есть гербовые, цвета являются и цветом народного патриотического флага, который выражает так много для всякого верного сына Родины» (Арсеньев Ю.В. О государственных цветах древней России. СПб., 1911).
«Власовским» бело-сине-красный триколор называли наши с вами отцы и деды на полях сражений Великой Отечественной войны, т.к. предатель Родины ген. Власов с одобрения фашистов собирал всех изменников под бело-сине-красный триколор. Что уж тут удивляться, что «рыночная» Россия 21 августа 1991 г. выбрала себе «коммерческий» флаг, заимствованный у голландцев при царе Алексее Михайловиче:-)
«Власовскую» идеологию предательства России протаскивают не только под флагом, но и школах, где уже вводятся уроки по книге Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ» с её апологией власовского движения (Трагедия России: о лабаруме, золотых погонах и сионизме), а в нашей Церкви ныне вовсю распоясались церковные «власовцы»: http://expertmus.livejournal.com/35948.html.


В 2011 г. вице-спикер Госдумы Владимир Жириновский публично заявил, что во времена Российской империи страна достигла наивысшего могущества, поэтому РФ надо вернуться к черно-желто-белому флагу Российской империи: «у американцев флаг 200 лет один и тот же, а мы меняем каждые 50 лет. Конкретное предложение: вернуться еще раз к черно-желто-белому флагу Российской империи». Лидер ЛДПР также считает, что «нынешний российский флаг – это флаг Керенского и Власова».
См. также по данной теме –
В Киеве прошел Крестный ход с портретами Николая II под имперскими флагами: http://rublev-museum.livejournal.com/180638.html
Герои и жертвы августа 1991 и октября 1993 гг.: http://expertmus.livejournal.com/79903.html

Февральский переворот 1917 г. в наши дни стал вновь идеализироваться как «бескровная демократическая революция в интересах всего народа». Это переворот иногда называют «революцией генерал-адъютантов», подразумевая главной причиной низложения православной монархии в России измену генералитета. С военной точки зрения предстоявшая в 1917 г. неминуемая победа Русской армии была очевидна. Но предательский Февральский переворот с изменническим требованием большинства генералитета об отречении Государя лишил армию и государство Божией помощи: http://expertmus.livejournal.com/38970.html 

Самодержец всея России Николай ΙΙ и в мыслях не мог допустить, что во время тяжелейшей Мировой войны русские генералы могут изменить присяге и предать своего Государя. По мнению И.Л. Солоневича, «Император допустил роковой недосмотр: поверил генералам Балку, Гурко и Хабалову. Именно этот роковой недосмотр и стал исходным пунктом Февральсого дворцового переворота» (Наша страна. 1952. Март. № 119). О том, что «революция произойдет в феврале 1917 года», открыто высказывались и некоторые офицеры Генштаба, желавшие «увидеть Царя, ведомого народом, чтобы казнить на торговой площади» (Botkin Gleb. Grandeur et Misere des Romanovs. Paris, 1932. P. 159). В этой связи нужно отметить, что еще в 1910 г. ген. А.Н. Поливанов сделал запись в своём дневнике о масонских связях генералов А.Н. Куропаткина, Я.Г. Жилинского, Д.И. Субботича, а также о цели евреев проникнуть в армию, в частности в Генштаб, в котором уже и так были они представлены под русскими фамилиями, как ген. М.В. Грулев (Поливанов А.А. Из дневника и воспоминаний по должности военного министра и его помощника. Т. 1. М., 1924. С. 94). В своих мемуарах А.И. Деникин также сообщал о 7 евреях-выкрестах, учившихся вместе с ним в Академии Генштаба, шесть из которых к I Мировой войне стали генералами (Деникин А.И. Путь русского офицера. Нью-Йорк, 1953. С. 283).

23-го февраля Государь выехал в Ставку и в тот же день в Петербурге уже начались на окраинах волнения на почве вздорожания и недостатка хлеба («забастовка пекарей»), перешедшие 24-го числа в уличные беспорядки, развернувшиеся с невероятной быстротой вследствие слабости и растерянности правительства. Большая часть офицерства Петербургского гарнизона осталась верною присяги. Верными долгу и присяге остались и чины полиции и корпуса жандармов. 25-го февраля в Петрограде пролилась первая кровь – на Знаменской площади был убит полицейский поручик Крылов, пытавшийся вырвать флаг у демонстранта. Одним из первых был убит при «бескровной Февральской революции» начальник петербургского губернского жандармского управления ген.-лейт. Волков.

26-го февраля был опубликован Высочайший указа «О роспуске Государственной думы и Совета». 27-го февраля 1917 г. вся столица Российской Империи была объята восстанием. В 3 часа дня распущенная по указу Императора IV Государственная Дума с председателем М.В. Родзянко возглавляет бунт; выбирает первое революционное правительство – Временный Комитет. В тот же день несколько лиц, не имевших никакого отношения ни к солдатам, ни к рабочим, если не считать, что подстрекали их к беспорядкам, в числе которых был также и немецкий агент, социал-демократ Нахамкес («Стеклов») и присяжный поверенный Н. Соколов, образовали совет рабочих и солдатских депутатов.

Для справки: после объявления войны Нахамкес был арестован в Берлине, но затем вскоре освобожден и, как немецкий агент, направлен в Poccию. В Poccии Нахамкес подал прошение на Высочайшее имя, в котором просил о перемене фамилии на «Стеклова». (оставлено без последствий). Нахамкес и Н. Соколов самочинно назвали себя временным исполнительным комитетом и выпустили воз­звание, которым объявляли массам об его образовании и пред­лагали прислать в Совет выборных по одному на роту и на каждую тысячу рабочих.
Благодаря таким двум образовавшимся в Таврическом Дворце организациям, с 27-го февраля Государственная Дума становится центром переворота (Милюков П. Н. История второй русской революции. T. I. Вып. I. София, 1921. С. 39). 

Высыпавшая из казарм солдатская масса и рабочие хозяйничают в городе. Горит окружной суд, подожжены департамент полиции, охранное отделение, тюрьма – Литовский замок, разгромлен арсенал, провокаторы кидают бомбы в мирных жителей и кричат, что это дело рук полиции, громят полицейские участки и жгут их бумаги, освобождают уголовных, хватают офицеров и чинов полиции. Некоторых бьют, некоторых убивают… Число убитых в те кровавые дни февральского переворота в Санкт-Петербурге офицеров доходило до 60. В Кронштадте в ночь на 1 Марта 1917 г. было убито два адмирала – Вирен и Бутаков и 36 офицеров.

1 марта 1917 г. послы «союзников» официально заявили б. председателю Думы Родзянко, что «правительства Франции и Англии вступают в деловые отношения с временным исполнительным комитетом, выразителем истинной воли народа и единственным законным правительством России». Но на самом деле, по словам одного из непосредственных участников Февральского переворота В. Станкевича, общественные настроения были с самого начала двойственными: «официально торжествовали, славословили революцию, кричали ура борцам за свободу, украшали себя красными бантами и ходили под красными знаменами… Дамы устраивали для солдат питательные пункты. Все говорили «мы», «наша» революция, «наша» победа и «наша» свобода. Но в душе, в разговорах наедине, ужасались, содрогались и плакали» (Станкевич В. Б. Воспоминания. 1914-1919. С. 71).

Уже в той агитации, которая велась с начала февраля 1917 г. на петербургских фабриках и заводах с целью вызвать рабочих на демонстрацию сперва 14 февраля, а затем, если понадобится, в двадцатых числах февраля, – был заметен «немецкий след», который вел … к большевикам. В Таврический Дворец, в массы рабочих, в солдатские казармы тогда было брошено через большевиков немало германских денег. Отлично информированное, благодаря хорошей постановки шпионажа, о положении дел в Петербурге и предвидя возмож­ность государственного переворота, в какой бы он форме не произошел, германское правительство поспешило озаботиться открытием большевикам большого кредита на пацифистскую пропаганду.  

2 Марта 1917 г. (в назначенный день объявления об отречении Императора Николая Второго!) германский Reichsbank ордером за № 7433 уведомил представителей всех немецких банков в Швеции, что деньги на пацифистскую пропаганду в России пойдут через Финляндию и подлежат к выдаче: Ленину, Зиновьеву, Каменеву, Троцкому, Суменсон, Козловскому, Колонтай, Сиверсу и Меркалину, которым, соглас­но распоряжения банка за № 2754, открыты текущие счета в частных немецких конторах Швеции, Норвегии и Швейцарии (Спиридович А.И. История большевизма в России. Париж, 1922. С. 305). Согласно ордеру № 2754 указанным большевикам был открыт, между прочим, счет въ Nia-Bank, в Стокголь­ме, откуда они и получали деньги. 

После Октябрьского переворота по распоряжению совещания, в котором принимали участие: Ленин, Троцкий, Павловский, Дыбенко и Володарский, двум «товарищам» – Е. Поливанову и Ф. Залкинду было поручено изъять из министерства юстиции компрометирующие большевиков дела. В числе изъятых бумаг был обнаружен также и ордер банка № 4.433. Ордер был представлен Ленину, который сделал на нем пометку «В секретный отдел. В.У.». Документ этот был выкраден из большевистского архива и благодаря немецкому шпионажу обнаружен при аресте немцами некоего капитана Konchin. Об этом обстоятельстве германский генеральный штаб уведомил председателя Совета народных комиссаров бумагой № 292 от 12 февраля 1918 г. (Le Complot Germano-Bolchéviste,70 documents. S. 23-28). В том же 1918 г. Американским правительственным бюро печати было предано огласке секретное соглашение т.н. «революционеров» с немцами: «согласно договору, заключенному в Кронштадте 6 июля сего года (1917) между представителями нашего Генерального штаба и руководителями русской революционной армии и демократии: Лениным, Троцким, Раскольниковым и Дыбенко, отделение нашего Генерального штаба, оперирующее в Финляндии, назначает в Петроград офицеров, которые будут состоять в распоряжении осведомительного отдела».

То, что Февральский переворот 1917 г. в Российской Империи был осуществлен на германские деньги было хорошо известно основным его руководителям и участникам, о чем свидетельствовал управделами Временного Правительства масон В.Д. Набоков (Набоков В. Временное Правительство // Архив русской революции, издаваемый Гессеном. Т. I. С. 22-23). 

Что уж тут удивляться, что предатель генерал Власов, перешедший на сторону немцев в Великой Отечественной войне, набирал в свои ряды изменников именно под знаменем февраля 1917 г. В обращении к «старой эмиграции» это политическое кредо ген. Власова прозвучало со всей отчетливостью: «мы боремся за народные права, завоеванные февральской революцией» (Кромиади К.Г. За землю, за волю… Сан-Франциско, 1980. С. 113). В пражском манифесте 14 ноября 1944 г., отредактированном лично Гиммлером, Власов провозгласил ту же цель – «возвращение народам России прав, завоеванных ими в народной революции 1917 года». 

См. Уроки истории: о церковных «власовцах», историческом беспамятстве и фашистском супрематизме (http://expertmus.livejournal.com/35948.html). 

Немецкий «сценарий» Февральского переворота 1917 г. всплыл в ходе совещания Гитлера с Кейтелем и др. 8 июня 1943 г., когда Гитлер вспомнил о своем разговоре с Розенбергом в 1921 г.: «Я ответил: Это сделал не Ленин, а мы разбили и растерли Россию и в эту разбитую Россию доставили Ленина, которому тогда было там место».

См. также статью «Вы не имели права пойти против своих» (американцы о Власове и «власовцах»): http://expertmus.livejournal.com/40677.html

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

© «Вот что Крест животворящий делает!» (Фиаско Алфеева в Ростове Великом)

Оригинал взят у expertmus в © «Вот что крест животворящий делает!» (Фиаско Алфеева в Ростове Великом)

Многотысячная аудитория постоянных читателей официального Блога научного коллектива Музея имени Андрея Рублева давно следит за нашими расследованиями скандалов, которые сотрясают последнее время многострадальное тело Матери-Церкви. В нашу редакцию часто приходят от вас просьбы сообщить, возымели ли хоть какое-либо действие данные публикации в столь апостасийное время и что стало с теми или иными фигурантами этих расследований.

Буквально на днях один из таких одиозных «персонажей», коим является исполнительный директор Благотворительного фонда святителя Григория Богослова и АНО «Сохраним жизнь вместе» Леонид Севастьянов (см. фото), сам выступил с публичным признанием в полном провале их бизнес-проекта, получившего в 2009 г. благословение нового патриарха Кирилла (Гундяева).

Напомним, что для обслуживания своих бизнес-интересов митрополит Иларион (Алфеев) завёл себе помощника в лице Леонида Севастьянова 1978 г.р., которого он сам на аудиенции в Ватикане в сентябре 2011 г. представил папе  Римскому Бенедикту XVI как своего «главного финансиста». 

Постоянный спутник митрополита Илариона (Алфеева) Леонид Севастьянов во время их совместной поездки на Афон в декабре 2011 г. весьма сокрушался в своём Фейсбуке, что из-за нелетной погоды вынужден был пропустить желанное «пати» в Москве 17.12.2011 г.: «Из-за непогоды закрыта навигация с афона. добираюсь на грузовике. соответственно отложится вылет и соответственно не попаду на годовой концерт Ретро ФМ(((пити. а меня так там ждут(». Так что в кругу митрополита Илариона (Алфеева) питают страсть не только к роскошным смартфонам, но и к светским тусовкам:-)

Именно личный финансист владыки Илариона (Алфеева) Леонид Севастьянов создал предвыборный веб-сайт “Patriarch 2009”, который оказался неожиданно “раскрученным” и вызвал бурную реакцию Интернет-сообщества: http://www.expertmus.com/2013/01/blog-post.html

Что особенно интересно, этот сайт точно спрогнозировал процентное соотношение голосов участников Собора, отданных за кандидатов на патриарший престол:-)

Созданный ими в августе 2009 г. «Благотворительный фонд имени святителя Григория Богослова» щедро спонсирует фармацевтический магнат Вадим Якунин (см. фото), владелец сети аптек «Ригла» и «03», и как раз этот фонд получил 4.10.2009 г.  благословение патриарха Кирилла на устройство в Ростове Великом очередной патриаршей резиденции. Видимо, резиденции на Черном море уже мало: http://rublev-museum.livejournal.com/306914.html


 

По их проекту «Ростов Великий – духовный центр России» (стоимостью $ миллиард) всемирно известный памятник архитектуры Ростовский Кремль должен быть передан РПЦ, и по соседству с патриаршей резиденцией планировалось создать свечной заводик Всероссийский венчальный центр: http://www.expertmus.com/2012/05/vertu.html

И вот в августе 2015 г. личный финансист митрополита Илариона (Алфеева) Леонид Севастьянов публично признался, что их проект Ростова Великого потерпел полное фиаско: «с самого начала, как только открылись, мы хотели восстанавливать наши основополагающие русские памятники, и одним из них является Ростов Великий. На самом деле он забыт не только сейчас, но еще при Романовых разрушен. Ростовский кремль был сохранен благодаря усилиям староверов, его хотели полностью разрушить. На самом деле это не кремль, а так называемые Митрополичьи покои. И мы планировали вообще взять на себя полностью весь город, его восстановить, сделать привлекательным для туристов и для паломников, сделать как бы таким символом. Мы считаем неправильной тенденцию со стороны русских православных, когда восстанавливают Афон, Иерусалим и какие-то другие города и веси, а свое забыто. Ростов Великий я считаю основополагающим памятником северной Руси. Но после того как мы встретились с чиновниками, с музеями, которые просили у нас какие-то откаты, спрашивали: «А что мы с этого будем иметь?», мы просто поняли, что не будем этим заниматься, потому что не встретили должной поддержки с федеральной стороны. Причем мы не просили никаких денег, мы просто хотели, чтобы нам позволили там работать. Мы сделали макет (см. фото), сделали проект, презентовали, как должен выглядеть город, но встретили огромную оппозицию прежде всего со стороны музейщиков и местных чиновников и после этого решили уйти.
– Не хотите возвращаться к этому проекту?
– Только если будет приглашение от федеральной стороны, если она гарантирует, что не будет никаких проблем со стороны местного чиновничества, и если все это будет происходить под присмотром федеральных властей»: http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=115350


См. также по данной теме
Митрополит Иларион (Алфеев) заимствует информацию в блоге Музея имени Андрея Рублева: http://www.expertmus.com/2013/02/blog-post_19.html
Митрополит Иларион (Алфеев) приписал Папе Римскому Бенедикту XVI осуждение Pussy Riot: http://rublev-museum.livejournal.com/361132.html
Митрополит Иларион (Алфеев) и его Vertu, любимый смартфон олигархов: http://www.expertmus.com/2012/05/vertu.html
Зачем православному игумену номера Мальтийского ордена?: http://www.expertmus.com/2014/01/blog-post_28.html

Митрополит Иларион (Алфеев), глава ОВЦС РПЦ МП, устроил дипломатический скандал в Ватикане: http://rublev-museum.livejournal.com/458918.html

Похоже, амнезия стала повальным бедствием для большинства российских граждан, коли многие даже не помнят, что было всего лишь год назад, не говоря уже о событиях трехлетней давности, когда произошли первые столкновения на религиозной почве после избрания нового патриарха Кирилла (Гундяева): http://echo.msk.ru/blog/expertmus/999184-echo/
Что уж тут говорить об элементарной логике и способности анализировать происходящее, от чего отвыкли не только простые обыватели, но и большинство пишущей братии, развращенной шальными «бабками» за материалы, написанные … под чужую «копирку»:-)

А ведь в былые времена, помнится, уважающие себя издания регулярно публиковали «психологические практикумы» и «головоломки» для поднятия IQ населения страны… 

Многотысячная аудитория читателей нашего музейного блога тоже может попробовать свои логические способности на таком примере. Намедни в новостных строках российских информ-агентств (зарубежные-то уже потихоньку покидают нашу страну, как ведущие издания Германии) мелькнуло растиражированное сообщение о том, что митрополит Волоколамский Иларион (Алфеев), председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата (ОВЦС МП), в эфире своей авторской программы “Церковь и мир” на телеканале “Россия-24” «выразил обеспокоенность в связи с тем, что зарубежные православные святыни пользуются гораздо большей популярностью у верующих, чем российские».

«Когда к нам привозят какую-либо святыню из Святой Земли или, например, с Афона, народ сразу на это откликается. Но если в Москву привезут святыню, допустим, из Ростова Великого или из какого-то другого древнего русского города, то особого интереса это не вызывает. Но почему?» – приводит портал «Интерфакс-Религия» слова ближайшего помощника патриарха Кирилла, которого уже за глаза прочат в его преемники:-)
По словам митрополита Илариона (Алфеева), в России собраны великие святыни, есть такие места, куда люди со всей страны приезжают для поклонения этим святыням, – это и Троице-Сергиева лавра, и Ростов Великий. «А мы этими святынями пренебрегаем», – добавил нынешний глава ОВЦС, на официальном сайте которого запечатлены лишь его зарубежные вояжи и почти нет материалов из российской глубинки:-)
Так вот, спрашивается: какое ключевое слово в сем пассаже митрополита Илариона (Алфеева), которое словно «25 кадр» гипнотизирует аудиторию телезрителей?
Надеемся, что наши постоянные читатели и друзья, поднаторевшие в исторических экскурсах и многочисленных расследованиях, без труда смогут определить «Код Алфеева», а именно – Ростов Великий.

Так что тренируйте память, господа, чтобы не попадать впросак!

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева, 2015

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

Чудотворная Толгская икона Пресвятой Богородицы (1314) – 8/21 августа

Оригинал взят у expertmus в Толгская икона Богородицы – трофей из Алании?



Тропарь Божией Матери пред иконой Ее  Толгская, глас 4:

Днесь светло сияет на Толге/ образ Твой, Пречистая Дево Богородице,/ и, яко солнце незаходимое,/ всегда верным подадеся,/ Егоже видев на воздусе,/ невидимо Ангелы, яко никим, держима,/ преосвященный епископ града Ростова Трифон/ тече ко явленному светящемуся столпу огненну,/ и по водам, яко по суху, прейде, и моляшеся Ти верно о пастве и о людех./ И мы, к Тебе притекающе, зовем:/ Пресвятая Дево Богородице,/ верно Тя славящих спасай,/ страну нашу, архиереев/ и вся Российския народы от всех бед избавляй// по велицей Твоей милости.  

Кондак Божией Матери пред иконой Ее  Толгская, глас 8:

Чудное и богоприятное светоноснаго зрака Твоего явление, Пречистая Дево,/ с верою взирающим бывает известное чаяние спасения,/ столпом бо огненным являющи предстательство,/ неусыпное и теплое за ны к Богу возсылаеши моление,/ имже страну Российскую от всяких бед избави, молимся,/ да радостными усты вопием Ти вси:// радуйся, Предводительнице вечнаго блаженства.  

Молитва ко Пресвятой Богородице пред иконою Ее  Толгская:

О Пресвятая Госпоже, Дево Богородице, вышшая Херувимов и Серафимов и святейшая всех святых! Ты, Всеблагая, на Толге икону Твою многоцелебную блаженному святителю Трифону огневидно явити благоволила еси, и ею многая и неизреченная чудеса соделала еси, и ныне содеваеши, по Твоему неизреченному к нам милосердию. Тебе пред пречистым образом Твоим припадаем и молимся, Преблагословенная рода нашего Заступнице: в странствии сем земнем, многоскорбнем и многомятежнем, не лиши нас Твоего заступления и покрова державнаго. Спаси и защити нас, Владычице, от разжженных стрел лукаваго врага спасения нашего. Укрепи немощную волю нашу к деланию заповедей Христовых, умягчи окаменелая сердца наша любовию к Богу и ближним нашим, даруй нам сокрушение сердечное и покаяние истинное, да, очистившеся от скверны греховныя, возможем принести Творцу благоугодныя Ему плоды добрых дел и сподобитися мирныя христианския кончины и ответа праваго на страшнем и нелицеприятнем Суде Его. Ей, Госпоже Всемилостивая! В час грозный смертный наипаче яви нам Твое многомощное заступление, ускори тогда на помощь к нам, безпомощным, и державною рукою Твоею исхити нас из власти лютаго миродержца, ибо воистину много может молитва Твоя пред лицем Господа, и ничтоже невозможно ходатайству Твоему, аще токмо восхощеши. Темже, на святый образ Твой умиленно взирающе и пред ним, яко живей Ти сущей с нами, покланяющеся, с упованием благим сами себе, и друг друга, и весь живот наш Тебе по Бозе молитвенно предаем и Тя величаем с рождшимся от Тебе Спасителем нашим, Господом Иисусом Христом, Емуже, со Безначальным Его Отцем и Пресвятым Духом, подобает всякая слава, честь и поклонение, ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Толгская икона Пресвятой Богородицы.
Фрагмент.
1314 г.
61 х 48.
Ярославский художественный музей-заповедник. Инв. № И-1206.
 
Чудотворная Толгская икона Пресвятой Богородицы была изъята в Ярославский художественный музей и лишь в августе 2003 г. была возвращена в возрождённую Толгскую обитель: http://expertmus.livejournal.com/45885.html 
Икона “Толгская богоматерь” –  трофей из Алании

Редко кто из ярославцев не знает святыню земли ярославской – Богоматерь Толгскую”. Согласно преданию, икона явилась ростовскому епископу Прохору (Трифону) в 1314 году на берегу Волги, близ устья впадающей в нее речушки Толги под Ярославлем, где и был заложен монастырь. С того времени и икона, и храм получили название Толгских. 
Cкорбный образ “Богоматери Толгской” полон драматизма. У нее сумрачно-смуглый лик, запавшие глаза, печально сомкнутые губы. Темные тона живописи усиливают трагическое звучание образа, присущее всему русскому искусству времени татаро-монгольского ига.1
Позволю себе не согласиться с высказыванием И. П. Болотцевой из упомянутого выше альбома о принадлежности иконы (61 х 48 х 2,8. Инв. № И-1206) к русскому искусству, так как образцом для написания ее послужила так называемая “Толгская  1-я (Тронная)”, созданная во II половине XIII века, хранящаяся сейчас в Третьяковской галерее. 
Дерево (липа), темпера. 140 х 92. Инв. № 12875.
Подробное описание третьяковского экспоната дано Н. В. Розановой. “Богоматерь представлена сидящей на троне. Младенец стоит у нее на коленях, обняв мать за шею и прижавшись к ее щеке. Богоматерь слегка поддерживает его двумя руками. На ней синий хитон и спадающий широкими складками коричневый мафорий. Младенец в розово-красном гиматии и синем хитоне. В одежде тех же цветов, как и у младенца, изображены подлетающие к трону ангелы (у одного синий хитон и розово-красный гиматий, у другого – розово-красный хитон и синий гиматий). Спинка трона высокая, прорезанная арочными проемами, светло-коричневая, с охряным растительным орнаментом. На троне лежит изумрудно-зеленая подушка. Трон, подушка и мафорий Богоматери богато украшены жемчужным орнаментом по серебряным каймам. На плече Богоматери звезда в виде квадрифолия с жемчугом и камнями, во лбу звезда, исполненная охрой. Лики написаны по темному санкирю охрой с высветвлениями и подрумяной на щеках, руки Богоматери и ноги младенца – розовой охрой с белыми пробелами. Лик младенца светлей, чем лик матери.
Нимбы почти неразличимы – сливаются с фоном. Фон и поля серебряные, потемневшие.”2
Эта икона, равно как и ее вариант 1314 года, явившийся епископу Прохору в устье Толги во время его путешествия по Ростовской епархии, – аланского письма XIII века, впитавшие греческие традиции. Напомню читателям, что в X-XIII веках Алания (до нашествия татаро-монгол) была мощным царством. Известны случаи, когда аланы становились правителями Византии. Мария Аланская была супругой византийского императора Михаила Дуки, а позже Никифора III  Вотанита. Аланских княжён охотно брали в жёны грузинские цари и русские князья. Так, например, царь Грузии Георгий I был женат на осетинской царевне Альде, а Баграт IV на Борене – сестре осетинского царя Дургулеля Великого (дочери царя Урдура). Владимир Мономах взял в невестки сыну Ярополку Олену Ясскую (Елену) – дочь аланского князя. Сын Юрия Долгорукого – Андрей Боголюбский от аланки имел наследника Юрия Боголюбского, которого потом сделает мужем царицы Тамары. Мария-Ясыня была женой владимирского князя Всеволода, прозванного “Большое гнездо”, (младшего сына Юрия Долгорукого, но от другой жены – гречанки). Она создала модель мощного русского государства – большую семью, родив двенадцать детей. Она же построила храм пресвятой Богородицы во Владимире, способствовала написанию многих икон. За свою подвижническую деятельность Мария-Ясыня (1158-1206) стала третьей святой земли русской (после киевской княгини Ольги и Владимира I –  “Красное солнышко”, крестившего Русь). Сын Марии – Михаил Черниговский, внук Марии – Александр Невский, правнук её – Даниил – тоже были причислены к лику святых. 

В династических браках с русскими находились и другие аланки. Так  Владимир Мономах в 1107 году женил сына Юрия на внучке аланского князя Осени. Сестра Марии была замужем за Мстиславом – сыном Великого киевского князя Святослава Всеволодовича. У сверстницы Марии-Ясыни – грузинской царицы Тамары мать Бурдухан была аланкой; вторым мужем Тамары после изгнанного Юрия Боголюбского стал алан Сослан, названный грузинами Давидом (кстати, именно они назвали алан осами (оссами, ассами, а страну Аланию Овсетией или Осетией). Таких примеров можно привести немало. При изучении русской культуры необходимо учитывать влияние на нее культуры Алании, которая династическими браками, духовно и экономически была тесно связана с Византией и  Грузией. Лингвисты считают, что славяне своих языческих богов называли аланскими словами: Даждьбог (податель богатств), Стрибог (ширитель богатств), Сварог (неспокойный, затейщик свар) и т.п. 
Иконы Толгской Богоматери были привезены из ясского (от слова “яссы”, так русские окрестили алан – предков современных осетин) славного города Дедякова. Дадекау (в русской транскрипции Дедяков) и Дадйан (так по-турецки назвал его в ХVII путешественник Эвлия Челеби в еще не опубликованном до сих пор на русском языке “Сияхат-наме”) находился недалеко от теперешнего селения Эльхотово, расположенного в Северной Осетии (Республика Алания). Вопрос о местонахождении  ясского города Дедякова тщательно рассмотрен в статье известного учёного-кавказоведа Е.И.Крупнова, который связывает его с частично раскопанным средневековым городищем Дедяков – Верхний Джулат – Татартуп возле упомянутого селения Эльхотово. Республика Алания  начинается с Эльхотовских ворот – небольших гор. Эта местность была выгодной  как в экономическом отношении (пересечение торговых путей), так и в военном (рельеф позволял отслеживать перемещения войск).
В этих краях в X – XII  веках на левом берегу Терека, там, где сейчас покоятся  обломки татарского минарета – Татартупа и подалтарные крипты христианских церквей, возникло крупное аланское городище. В нём активно процветали ремёсла, шла бойкая торговля вплоть до тех грозных моровых лет, когда в 1238-39 годах в Аланию  не нагрянули  монголы, осадив поселение алан – город Дедяков (от осетинского Даде-кау, что означает Дедово село, Отцово село (город). Русские называли Дадекау в разных изводах летописи: Титяков, Тетяков, Тютяков, Дадаков, Дедяков, пытаясь имитировать произношение алан-осетин. Кроме них в этом городище проживали греки и черкесские племена.
Золотоордынский хан Менгу-Темир (внук Батыя) предпринял против средневекового города  Дедякова крупные военные действия, в которых главную роль играли его союзники – русские князья. С.М.Соловьёв в “Истории России с древнейших времен”, опираясь на летописи,  подчёркивал, что в военных действиях 1277 года принимали участие князья: Андрей Городецкий Фёдор Ярославский, Глеб Ростовский с сыном Михаилом и племянником. На следующий год против Дедякова ходили Фёдор Ярославский и Михаил (сын Глеба). В те далёкие времена то ли не существовал нравственный императив, а лишь была  только великая тяга к чужому богатству? То ли ордынская неволя столь сильна?
Менгу-Темир призвал на службу русских князей. “И приступиша Рустии князи ко Ясскому городу ко славному Дедякову и взяша  его мъсяца февраля 8, и многу корысть и полонъ взяша, а противныхъ избиша безчислено, градъ же ихъ огнёмъ пожгоша”, – так повествует Летопись по Воскресенскому  списку3, фиксируя события и последствия первого совместного похода  на славный город в лето 6785 от сотворения мира. Историками было установлено время первого совместного похода и взятия Дедякова татарами и русскими – 8 февраля 1278 года. Много времени они посвятили и отысканию местоположения этого легендарного поселения алан, просмотрев не только летописные своды, но и повести, посвящённые другому походу на Дедяков и гибели князя Михаила Тверского в 6826 году  от сотворения мира (1318 г.) Подвергнуты были анализу восточные источники, в которых освещались  события XIII-XIV веков.  Этим исследовательским путем следовала и я, скрупулезно просматривая Полное собрание Русских летописей, а также внимательно оглядывала те места на Северном Кавказе, где происходили легендарные события.
Кровопролитное сражение произошло при активном участии ростовского князя Бориса Васильковича  с княгинею и детьми, его брата Глеба с сыном Михаилом и князя Андрея Городецкого – правнука аланки Марии-Ясыни и великого князя Владимирского Всеволода Большое гнездо. Вряд ли предполагала боголюбивая и многодетная ясская княгиня, что ее потомки будут бесчинствовать в Алании! Видимо, христианство на Руси тогда еще не вошло в подсознание верующих, не стало естественной и необходимой парадигмой поведения на все случаи жизни. Предки современных осетин ещё в конце первого столетия исповедовали христианство. Армянская церковь, гораздо раньше принявшая веру Христа, чем грузины и русичи, чтит память  16 аланских князей и их предводителя Баракада, которого армяне назвали Сукиа, пострадавших в 100 – 130 годах за веру. В честь их существует святой праздник – Сукиас.
Андрей Александрович из Городца – сын Александра Невского. Следует напомнить, что Александр Невский  был сыном Ярослава II и внуком суздальского князя Всеволода III – Большое гнездо и Марии-Ясыни.  Брак Всеволода III  и аланки Марии продолжил ветвь Рюриковичей и подарил будущей России великих полководцев-стратегов: уже упомянутого Александра Невского и Дмитрия Донского, царей Василия Шуйского и Ивана Грозного. Русской православной церковью они причислены к лику святых, равно как и её семь потомков. Эта генеалогическая ветвь привела к поэту Александру Пушкину.
К знатному роду Рюриковичей принадлежал и внук Мономаха Фёдор Ростиславович, которому достался вследствие неравного дележа братьями отцовского наследства захолустный Можайск. Бедный князь пошёл в примаки, направился княжить на родину жены Марии (дочери Василия, который был правнуком  не раз упоминаемого мной Всеволода Большое гнездо). Испытывая постоянные укоры от властной тещи Ксении по поводу своей бедности, он отправляется по зову золотоордынского хана Менгу-Темира со своими родственниками, со стороны жены Марии, в военный поход смирять непокорных яссов(алан), отказавшихся платить дань татаро-монголам. К тому времени родились  дочь и наследник престола – сын Михаил. Потом Фёдор станет любимцем хана, войдёт к нему в доверие: будет подавать в Орде чашу с едой и даже привлечет на свою сторону ханскую жену Джиджекхатунь. Он очарует и дочь хана – Юлдуз, женится на ней, предварительно окрестив её в Сарайской епархии. Она получит имя Анна, родит в ханской ставке двух сыновей: Давида  и Константина. Тесть даст грамоту-“ярлык”, согласно которой дань с 36 городов пойдёт не Менгу-Темиру, а самому Фёдору. По сути, русский князь превратится в хана. 
Так комплекс неполноценности от бедности, честолюбие, красивая внешность, терпение, хозяйская предприимчивость и возникшая на её основе дипломатичность позволят Ярославскому княжеству не подвергаться набегу татаро-монгол. Князь-хан вернётся богатым, знатным и с двумя наследниками. К тому времени, по странному стечению обстоятельств, умрут не только первая жена Мария, но и наследник – сын от неё Михаил. У Фёдора появятся обильные коллекция икон и евангелий домонгольской поры, в том числе Богоматери (названные потом Толгскими), вывезенные из Алании во время разгрома в 1277-1278 годах ясского славного и богатого городища Дедякова. Добытыми в результате военных походов в Аланию и Камскую Булгарию трофеями –  драгоценными камнями будет обрамлять оклады рукописных книг. Его боевой соратник – духовник Прохор (впоследствии епископ) фрагментами из евангелия, доставшегося Фёдору от  яссов, после смерти ярославского князя проиллюстрирует задуманное им Фёдоровское евангелие. На счету у Фёдора было немало грехов: отобранные святыни и жизни. Он спалил дотла Переславль-Залесский, когда понял, что дети Александра Невского – братья Даниил и Андрей помирились, и ему не достанется в этой ситуации город. 
К чести Фёдора, надо отметить, что хотя и поздно – за день до своей кончины – он всё же покаялся в своих грехах прилюдно, перед жителями Ярославля, просив прощения у всех. На своем веку он много натворил бед. Но, учитывая глубину и силу его раскаяния, а также радения второй жены Юлдуз-Анны (в схиме, Анастасии), детей Давида и Константина во славу и могущество Ярославля, по прошествии  многих лет стараниями, в первую очередь, внуков, он был причислен к лику святых.
В “Софийской первой летописи” повествуется: “Бывьше же  блаженному и великому князю в неизръченнъмь томъ томленьи и тяготъ дни 26 за ръкою Теркомъ на рецъ на Съньцъ под городомъ Тетяковымъ, минувше всъ горы высокие Яськые и Черькаскыя близь Ворот Желъзных”. В этой летописи упоминается  о стойком и принципиальном Михаиле – князе Тверском. Здесь же дано описание местоположение Дедякова в связи со смертью князя  Михаила.4 Симеоновская летопись уточняет место события: река Ная – приток Терека. Князь был убит 22 ноября 1318 года. Итак, городом, где соседствовали кочевье татар и пересекались два больших торговых пути с запада на восток и с севера на юг, и был ясский (аланский) город Дедяков (Тютяков, Дадакау). Не случайно впоследствии в этом городе основал свою ставку (резиденцию) хан Золотой  Орды Чани-бек.5
Если В. А. Кучкин предполагает, то В. А. Кузнецов, опираясь на данные раскопок, произведённых  на месте средневекового города Дедякова  (возле селения Эльхотово), отмечает обнаруженные археологами в середине XX века три мечети и три церкви. Это место –  “средоточие основных религий средневековья на территории Центрального Предкавказья”.6
Ясский город Дедяков  был полиэтничным. В нём жили  кроме яссов другие этнические группы: “обезы” (адыги), греки, грузинские миссионеры … Окрестности Дедякова тщательно отражены, как мы удостоверились, в русских летописях по случаю убийства Михаила Ярославича. Позже данные о его смерти были перенесены в жития, повести в честь князя, а затем перешли в церковные службы, где упоминается и “окоянный Кавгадый” – один из организаторов убийства Михаила Тверского, осуществивший приказания хана Узбека (Озбяка). Шатёр (“вежа”) Михаила был растянут вблизи ханской ставки и татарского кочевья.  Рядом располагался торг. Неподалёку раскинулись и станы русских, куда бежали двое из слуг князя Юрия Московского после совершившегося  22 ноября 1318 года упомянутого выше злодеяния. 
Золотоордынцы поступали изуверски, они заставляли родственников алан – подневольных русских князей – совершать набеги на Аланию. Известно, что ярославский князь Фёдор Ростиславович Чёрный  вывез из разгромленного Дедякова ещё в 1277 году аланскую икону грузино-византийского письма, так называемую “Богоматерь Толгскую – I”, которую исследователи называют “Тронной” или “Большой”7.
Искусствоведы Антонова В. И. и Мнева Н. Е.8 почти 40 лет назад предположили, что икона “Богоматерь Толгская – Тронная” была привезена на Русь из Грузии. Однако, я должна заметить,  если сравнивать её с грузинскими памятниками, то можно удостовериться, что она, в отличие от грузинских, написана  на липовой, а не на кипарисовой доске. Важно подчеркнуть, что в Алании кипарисы не произрастают. Да и раскопки, проведенные в Дедякове, указали на тяготение храмов не к грузинскому церковному зодчеству, а к широкому кругу памятников византийско-киевской архитектуры Х-ХII вв. На этот факт обратил внимание исследователей ученый Е. И. Крупнов.  Татаро-монголы построили в Дедякове три мечети с минаретами, один из которых называется Татартупом. По нему во время своего путешествия на Кавказ поднимался А. С. Пушкин, не преминув отразить это в своих стихах. Как ни парадоксально, золотоордынцы были долгое время веротерпимы и даже поддерживали христианское духовенство. Христианская колония Дедякова существовала долго, “до затухания жизни в городе” 9.
Следует обратить внимание на то, что в первой половине XV века эти места посетил Иоанн Шильбергер, путешествуя из Дербента в Татарию, отметил большое количество христиан, которые там имели епископство. Священники принадлежали к ордену кармелитов (католиков).
В четырнадцати километрах от легендарного Дедякова, у самой подошвы Терско-Сунженского хребта раскинулось осетинское селение Заманкул. Близ его восточной околицы стоит покосившийся и покрытый мхом каменный крест. Он стоит, воздвигнутый местными христианами на месте трагической гибели непоколебимого Михаила Тверского, после того как Орда ушла из разоренного когда-то славного города Дадекау на юго-восток, в Азербайджан.
Но на протяжении двадцати веков Алания (Осетия) остается верной учению Христа! И сейчас она служит единственным форпостом Православия на Северном Кавказе в окружении мусульманских республик.
Нeпреходящими символами той эпохи являются христианские святыни: мощный каменный крест и икона “Богоматерь Толгская-Тронная” и её вариант “Богоматерь Толгская-Поясная (чудотворная)”10, которой нашел подходящее укромное место соратник князя Фёдора – священник Прохор в память о друге и  о времени.    
            
Ссылки:
1. Ярославский художественный музей. М: Изобразительное искусство, 1983, с.6.
2. ГТГ. Каталог. М.,1995, с.107.
3. Полн. собр. Русских Летописей, т. VII. СПб., 1856, с.173.
4. Кучкин В.А. Где искать ясский город Тютяков? – Изв. СО НИИ, т. XXV (история). Орджоникидзе, 1966, с.170 – 172.
5. Об этом см. у А.Грена. Изв. Кавказского отдела РГО, т. XIV, № 2, Тифлис, 1903, с.49.
6.  Кузнецов В.А. Алания в  X-ХIII веках. Орджоникидзе, 1971, с.162 – 163.
7. Лазарев В.Н. Русская иконопись от истоков до начала XVI века. М.: Иск-во, 1991.
8. Антонова В.И., Мнева Н.Е. Каталог древнерусской живописи (опыт историко-художественной классификации). Т.1. М., 1963, с.202-203; рис.116.
9. Кузнецов В.А. Путешествие в древний Иристон. Орджоникидзе. 1995.
10. Эта статья была написана мной 5 лет назад. В целом, ее концептуальное ядро не изменилось. 13 января 2002 года я ознакомила с ней членов центра аланской культуры, возникшего в Ярославле по моей инициативе. 15 марта этого же  года прочла доклад на заседании клуба “Интеллигент”. Плодотворность позиции подтверждается работами: Виктор Филатов “Изограф”. М., 1997; Юрий Тёшкин “Святой князь Фёдор Чёрный”. М., 2001. Об этих книгах я узнала именно в этот мартовский день 2002 года.
Тамара Дадианова, доктор философских наук 
© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева
Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!  

О научной ответственности и богословской корректности в изучении христианского искусства

Оригинал взят у expertmus в О научной ответственности и богословской корректности в изучении христианского искусства

В блоге научного коллектива Музея имени Андрея Рублева не раз публиковались критические материалы о таком персонаже столичной тусовки искусствоведов, как Алексей Михайлович Лидов (см. фото).

Алексей Лидов(1959 г.р.) числится заместителем Зураба Церетели «по научным и инновационным программам», а также зав. «отделом культуры древности» ИМК МГУ у Вячеслава Всеволодовича Иванова и в Лаборатории медиевистических исследований у Михаила Бойцова в «Вышке» (НИУ ВШЭ). Так, сей «ученый муж», комментируя привоз в Россию «даров волхвов» с Афона, изрек ничтоже сумняшеся, что они содержат «некую благодать Святого Духа»?! См.http://expertmus.livejournal.com/158953.html

Ранее Лидов уже вводил в заблуждение многомилионную аудиторию ТВ, утверждая как «исторический факт», что «ни великую икону Богоматери Владимирской, ни великую икону Троицы Андрея Рублева, как мы их знаем сейчас, никто не видел»: http://expertmus.livejournal.com/53393.html

Алексей Лидов  неоднократно попадался публично на профанации, демонстрируя своё вопиющее незнание истории русской иконописи: http://youtu.be/5BlSDnK1ySM

В научной рецензии на альбом А.М. Лидова «Византийские иконы Синая» подчеркнуто, что «слишком вольное и зачастую НЕВЕЖЕСТВЕННОЕ обращение с терминами и понятиями приводит к фальшивым интерпретациям памятников церковного искусства»! 

О научной ответственности и богословской корректности в изучении христианского искусства (Рецензия на книгу А.М. Лидова «Византийские иконы Синая»): http://www.expertmus.com/2012/05/vixx.html


Русская наука о христианском искусстве пе­режила немалые трудности в период существо­вания атеистического государства. Само слово­сочетание «христианское искусство» не могло употребляться. Ученые были вынуждены избе­гать указаний на конфессиональную природу этого искусства, что существенно препятствова­ло его объективному изучению.
Изменившиеся условия дали возможность свободного исследования. Искусствоведение последнего десятилетия активно использует ли­тургические тексты, богословскую и вообще ре­лигиозную литературу и терминологию. Но, к сожалению, их использование далеко не всегда бывает корректным. Слишком вольное и зачас­тую невежественное обращение с терминами и понятиями приводит к фальшивым интерпре­тациям памятников церковного искусства. Ко­личество публикаций с такого рода произволь­ными построениями непрерывно растет, что грозит сильным засорением науки, бороться с которым скоро будет очень трудно.
 

Остановимся на одном примере. В 1999 году в издательстве «Христианский Восток» вышел иллюстрированный альбом икон из знаменитого собрания синайского мо­настыря св. вмч. Екатерины «Византийские иконы Синая». Эта публикация должна была продолжить традицию русской науки, некогда открывшей синайские сокровища для истори­ков христианского искусства. Можно напом­нить хотя бы некоторые работы русских уче­ных, как, например, «Записки Синайского Бо­гомольца» основателя Русской Духовной Мис­сии на Святой Земле архим. Антонина Капус­тина, «Путешествие на Синай» преосв. Порфирия Успенского, «Путевые впечатления о си­найских древностях» Н.П. Кондакова и иссле­дование «Синайские иконы восковой живопи­си» Д.В. Айналова. Как известно, главным совре­менным специалистом по синайским иконам является принстонский профессор Курт Вейцман, посвятивший себя с 1956 по 1965 г. почти исключительно их изучению, а затем опублико­вавший в 1976 г. первый том с иконами с VI по X в. Следует отметить, что известные описания немецкого ученого учтены при составлении комментариев к цветным таблицам альбома «Византийские иконы Синая». Автором всту­пительной статьи и комментариев является А.М. Лидов, портрет которого с краткой справ­кой о его деятельности помещен на супероб­ложке. Рецензию именно этих комментариев мы и хотели бы предложить вниманию читате­лей. Причем цель нашей публикации исключи­тельно пропедевтическая: мы хотели бы пока­зать студентам факультета Церковных худо­жеств Православного Свято-Тихоновского Бо­гословского Института, которые, как мы наде­емся, составят новую формацию историков христианского искусства, что попытки бого­словского осмысления образа предполагают со­вершенно определенные знания, и православ­ное понимание литургического образа принци­пиально исключает всякого рода licentia poéti­ca, приблизительность и произвол.
 

Для начала приведем несколько примеров выражений, употребленных в самых первых комментариях, чтобы показать, каким затруд­нением при интерпретации православной ико­ны может оказаться терминологическая неточ­ность. В описании иконы Христа во славе VII в. (4, в скобках указана нумерация иконы и соот­ветствующего ей описания в альбоме) сказано: «Сам вечный космос представлен в виде темно-синей овальной мандорлы», и еще раз в аннота­ции к иконе Вознесения VIII в. (6): «Мандорлу, символизирующую божественное сияние и вечный космос, возносят четыре ангела». Не вдаваясь пока в весьма проблематичную тему разнообразной символики, заметим все же, что представление о «вечном космосе» давно отвергнуто Церковью как «эллинская басня» са­мым торжественным образом на Пятом Все­ленском Соборе (553 г.) в связи с осуждением оригенизма. Еще одна цитата из описания ико­ны (4): «Седые волосы в сочетании с именем «Еммануил» раскрывали двуединую природу Богочеловека». Однако говорить о «двуединой природе Богочеловека» с 451 года может толь­ко монофизит, трудно представить, что какое бы то ни было «сочетание» изобразительных элементов в этой иконе, создававшейся, как из­вестно, в православной среде, могло бы «рас­крывать» еретическую христологию. Еще одна цитата, выбранная нами просто по смежности: «наконец материалом иконы становится само золото, единственное подходящее для передачи божественной природы» (19). Все же надо по­мнить, что божественная природа вообще не подлежит ни «передаче», ни «описанию» ни­чем, даже золотом, а нетварный божественный свет, о передаче которого, по-видимому, и идет речь, единосущен, но не тождественен божест­венной природе. Вероятно, каппадокийские оп­ределения терминов φύσις и ‘υπόστασις, при­нятые Халкидонским собором, не удовлетворя­ют требованиям современного богословского поиска, ибо в комментарии к иконе првмч. Стефана (35) читаем: «В этой праздничной службе св. Стефан прославляется в двух своих важнейших ипостасях…». Следующий пример заимствован из описания к иконе апостола Пет­ра VI- VII в. (3), которое начинается с «…мысли о Небесном Иерусалиме, горнем граде, обита­телем и правителем которого представлен уче­ник Христа и “камень основания” Его Церкви» и заканчивается упоминанием о «…роли апос­тола Петра как наместника Бога на земле». Ос­тавим в стороне экзегезу Мф. 16, 18 о «камне основания Церкви», соответствующую католи­ческой экклезиологии, чтобы нас не обвинили в конфессиональной узости, отметим, однако, что даже наиболее ревностные римо-католики, го­воря об ап. Петре, а затем и о папах, не употреб­ляют выражение «наместник Бога на земле», а ограничиваются еретическим учением о «наме­стнике Христа на земле», и уж самые фундаменталистски настроенные из них никогда не возводили ап. Петра в «правители Небесного Иерусалима», ибо из чтения Апокалипсиса ап. Иоанна Богослова они твердо знают, что прави­телем Горнего града будет один Христос. Доба­вим, что слово μεταμόρφωσις никогда не было тем словом, которым византийские богословы обозначали преложение евхаристических да­ров, этим словом было μεταβολή.
 

Мы ограничимся этими выбранными наугад примерами с первых пяти страниц альбома, хо­тя их число вполне можно было бы продол­жить. Но и они, как кажется, убедительно де­монстрируют полезность элементарных бого­словских знаний при занятии христианским искусством.
 

Следующей серией примеров из текста кни­ги рассматриваемого нами издания мы хотели бы проиллюстрировать мысль о том, что, поми­мо определенных богословских представлений, историку христианского искусства необходимо хорошо знать собственно историю искусства, и это иногда может гарантировать его от произ­вольных и необоснованных интерпретаций.
 

В уже цитировавшемся выше комментарии к иконе ап. Петра (3) повторяется предположе­ние, высказанное впервые А. Грабаром, о «пол­ном сходстве изобразительной структуры» этой иконы с консульскими диптихами, но далее ав­тор, опровергая мнение таких авторитетных ученых, как Грабар и Вейцман, в медальонах над апостолом рядом со Спасителем видит не молодого ап. Иоанна Богослова и Богоматерь, а «мальчика» и «немолодую женщину», «заказчи­ков иконы римлянку Рустициану и ее племян­ника Стратегия». Такая идентификация свиде­тельствует о полном непонимании «изобрази­тельной структуры» диптихов и иконы, по­скольку портреты заказчиков не могут нахо­диться в медальонах над апостолом, ибо в этом месте изображается imago clipeata только лица поставленного выше или, по меньшей мере, равного по своему иерархическому положению главному лицу образа. Место, которое донаторские изображения могут занимать в общей композиции, хорошо известно в истории ви­зантийского искусства. Пример такого возмож­ного места заказчика можно видеть на иконе 27 в левом нижнем углу.
 

Другое опровержение общепринятой иден­тификации изображенных лиц мы находим в комментарии ко второй иконе Богоматери на престоле (2). Автора смущает отсутствие «обычного для великомучеников Феодора и Ге­оргия воинского облачения». Однако достаточ­но вспомнить почти современные иконам мо­заическое изображение св. вмч. Георгия в купо­ле посвященного ему храма в Салониках или более раннее изображение св. вмч. Димитрия в том же городе, или изображение св. вмч. Феодо­ра в апсиде церкви свв. Космы и Дамиана в Ри­ме, где все трое мучеников предстоят одетыми как раз в такие «богато орнаментированные хламиды». При отсутствии надписей решаю­щим критерием для идентификации является именно «лишь сходство» ликов с установивши­мися в иконографической традиции чертами изображенных лиц. В конечном счете, мы мо­жем сослаться на две створки синайского трип­тиха X в., опубликованного Вейцманом (Sinai Icons I, nos. В 43-44), где три века спустя лики обоих святых, засвидетельствованные надпися­ми, изображаются точно так же, как на рассма­триваемой нами иконе.
 

Далее, также совершенно традиционным и никем до сих пор не оспариваемым атрибутом «Спаса во славе» (4) или, как он именуется на Западе, «Maiestas Domini», образа эсхатологи­ческого по содержанию, во всем христианском мире от Кавказа до Эфиопии является таинст­венный тетраморф из видения пророка Иезекииля, которое читается как паримия шестого часа в понедельник страстной седмицы: «И видех подобие четырех животных… и подобие лиц их лице человека и лице львово и лице тельчее и лице орлее…» Именно эти «подобия четырех животных», а совсем не «четыре херувима», как сказано в комментарии, несут мандорлу — в раннехристианском искусстве исключитель­ный атрибут прославленного Господа.
 

При описании иконы Вознесения Господня VIII-IX в. (6) вновь возникает затруднение с идентификацией. В первом ряду, состоящем из шести лиц, сообщает автор, «показаны верхов­ные апостолы (то есть Петр и Павел) и еванге­листы с кодексами и свитками в руках». Таким образом, св. ап. Андрей Первозванный, легко уз­наваемый со времен палестинских ампул и бауитских фресок по своим волосам, оказался од­ним из четырех евангелистов, хотя он не дер­жит ни кодекса, ни свитка. Последний абзац этой же шестой статьи начинается фразой, ти­пичной для возникшего в нашем современном отечественном искусствоведении направления, для которого характерны тенденции к навязчи­вым «литургико-евхаристическим ассоциаци­ям». Приведем ее целиком: «В иконографии Вознесения основополагающие идеи Воплоще­ния, Небесной славы, Второго Пришествия ос­мысляются в литургическом контексте как об­раз Евхаристии». «Основополагающие идеиосмысляются как образ» — как это можно по­нять? Продолжаем цитату: «Именно эта уни­версальность определила выбор Вознесения в качестве главной иконы доиконоборческих церквей, где оно обычно располагалось в алтар­ной апсиде». Что это за «главная икона доико­ноборческих церквей»? Вообще не вполне ясно, о чем говорится в этой фразе, идет ли речь о са­мом распространенном христианском изобра­жении, или о храмовых иконах, или об особен­но часто встречающемся изводе алтарной рос­писи. Но даже такая неопределенность выска­зывания не может затушевать тот очевидный факт, что нет ни одной доиконоборческой ви­зантийской церкви, где Вознесение в качестве «главной иконы» располагалось бы в алтарной апсиде. Египетские бауитские апсиды, в кото­рых действительно встречается изображение Вознесения, не являются на самом деле настоя­щими храмовыми алтарными апсидами, а представляют собой своего рода «красные уг­лы» монашеских келлий весьма скромных раз­меров.
 

Далее, утверждение, высказанное в коммен­тарии (5), о том, что Распятие — «сюжет, кото­рый доминировал в ранней иконописи», — по меньшей мере преувеличение: как известно, в отличие от креста украшенного (crux gemmata) и лучезарного как теофанического знамения всепобеждающей силы Божией, «историческая сцена» Голгофской Тайны с изображением рас­пятого тела Спасителя на кресте — явление до­статочно позднее в истории христианского ис­кусства. И даже тогда, с трепетом приступая к созданию образа этого «страшного смотрения», православные иконописцы прибегали к опреде­ленным приемам, смягчающим horror crucis из­лишнего натурализма и позволяющим указать на некоторые богословские истины, связанные со смертию крестной. Эти истины, разумеется, антиномичны, и поэтому порождают особенно широко распространенную в раннехристиан­ском искусстве многослойность композиции, совмещающей указания на живого или умер­шего Христа Сюда, в частности, относится изоб­ражение «живого» Спасителя, одетого в цар­ский колобиум, прямо стоящего, с открытыми глазами, и «умершего» Спасителя, ибо «видеша Его уже умерша, един от воин копием ребра Ему прободе и абие изыде кровь и вода» (Ин. 19, 33-34). Примеры такого рода: изображения Рас­пятия на деревянном реликварии из Camera Санкторум, в кодексе Раввулы (VI в.), на стене храма Сайта Мария Антиква в Риме (VIII в.). Так как маловероятно, что иконоборческий VIII век занимался созданием новых изводов, а на терри­ториях, не входящих в империю, как, кстати, Палестина и Синай, вряд ли могли решиться на такое невиданое нововведение, остается только думать, что иконописцы либо самого конца VII, либо самого начала VIII в. уже после первых иконоборческих десятилетий впервые осмели­лись написать распятого Спасителя с закры­тыми глазами, желая еще больше подчеркнуть сотериологическое значение крестной смерти. С этого времени «каноническая» православная икона Распятия показывает Христа умершего. В тексте комментария (5) говорится, что «Хрис­тос показан с закрытыми глазами, как бы Умер­шим». Такой намек на призрачность крестной смерти в духе афтартодокетизма прямо проти­воречит смыслу иконографического нововведе­ния этой иконы.

Правильное прочтение иконы невозможно без понимания специфики ее изобразительного языка, например, характерной для иконы трак­товки пространства. Покажем это на ряде при­меров. В самом начале описания иконы Распя­тия (5) внимание обращается на «важнейшую подробность» — изображение двух разбойни­ков по сторонам Спасителя. Однако никак нельзя считать, что их «фигуры удалены в глуби­ну сцены», потому что «глубины» вовсе нет в этом изображении. Их фигуры, как и ангелы, и воины у подножия креста, меньше размером в силу аксиометрии, то есть потому, что они ме­нее важны, чем Спаситель, Богоматерь и ап. Иоанн Богослов. Упоминаемая далее «интересная особенность разошедшихся скал пейзаж­ного фона» не имеет ничего общего с «землетря­сением, случившимся в момент смерти Хрис­та», но показывает древность закономерности изображения иконных горок, которые как раз и обеспечивают отсутствие пространственно-временной глубины в сценах, не происходящих в интерьере (5, 27, 28, 39, 40). Далее обратимся к описанию створки диптиха (38). Прежде все­го, надо сказать, что жест апостола Петра, нахо­дящегося на правом поле иконы вмч. Прокопия (38), интерпретированный как благословение, едва ли является таковым, скорее здесь показан жест речи, так же, как и у остальных апостолов Павла, Иоанна Богослова и Фомы, в сочетании с кодексами и свитками в их руках. Однако кате­горически следует возразить по поводу того, что «благословляющий жест Петра как бы адресо­ван св. Прокопию в среднике». Что это не так, ясно видно хотя бы потому, что ни одна из сто­ящих фигур на полях не смотрит «в средник», а все смотрят на молящегося перед иконой. На­пример, благословения двух святителей с дру­гой створки того же диптиха (37) адресованы совсем не Богомладенцу и Его Матери в средни­ке, но именно предстоящему перед иконой. За­мечание о том, что благословение лиц, изобра­женных на полях, направлено не в средник, а молящемуся, может показаться несуществен­ным, но на самом деле оно еще раз показывает важность понимания иконного языка, ибо про­странство средника и пространство полей чаще всего воспринимается как разнокачественное.
 

С непониманием специфики языка иконы связана также фатаморгана «Небесного Иеру­салима», возникающая всякий раз, когда в ком­позицию иконы входят здание, ниша или кусок стены. Так, например, хорошо известные в эл­линистической живописи архитектурные ни­ши, обеспечивающие высокий и близкий фон, лишающий изображение пространственной глубины (1, 2, 3), совершенно произвольно ин­терпретируются как «образ Горнего Иерусали­ма — Небесного царства» (1). На иконе «Омо­вение ног» (8), «оригинальный» архитектурный фон, который в описании трактуется как «баш­необразные формы… высокого портала, включа­ющего элементы дворца и церкви, в сочетании с изображением городской стены», создающие «яркий образ Небесного Иерусалима», на са­мом деле представляет собой совершенно тра­диционную горницу, то есть развернутый на две зеркальные части единый дом, внутри кото­рого произошли Омовение ног и Тайная вечеря. Здесь использован очень распространенный в византийской и древнерусской иконографии изобразительный прием, при котором в про­цессе трансформации изображения дома в об­ратной перспективе, то есть в двустороннем зрительном охвате, он разделяется на две части. То, что автор принял за «невысокую стенку» или «городскую стену», есть не что иное, как изображение каменного пола все той же горни­цы, но уже в измененной, поднятой перспекти­ве, как бы в проекции вида сверху.
 

Иконографическая трактовка гробницы Ла­заря (21) также явно вызвала затруднения: «Его саркофаг странно сливается с неестественно высоким входом в здание, напоминающее не­большую базилику… образ города-храма, в ко­тором угадывается Горний Иерусалим» (21). Между тем, здесь использован аналогичный технический прием «полифокальной» перспек­тивы. Лазарь показан лежащим во гробе, гроб как бы поднят, поскольку — так же, как пол в «Омовении ног» (8) — изображен в иной, неже­ли вся остальная сцена, перспективе. Характер­ными признаками этой «фокальной ломки» внутри образа являются контуры гроба на уров­не ног Лазаря. Нижняя часть гроба изображена в общей перспективе. На уровне ног Лазаря перспектива меняется, контур гроба проециру­ется вверх, становясь «рамкой» лежащего, но одновременно поднятого силою Христовой и как бы стоящего Лазаря. С использованием си­стемы «полифокальной» перспективы удалось наглядно показать, что Лазарь восстал. Осталь­ные части гробницы, включая красную крышу, изображены в общей перспективе, именно по­этому саркофаг так странно сливается с входом в здание. Причем это здание не имеет никакого отношения ни к базилике, ни к Горнему Иеру­салиму, а представляет собой изображение древней формы погребального эдикулума, хорошо известной по уцелевшим фрагментам римских стеклянных сосудов II- IV вв.
 

Для всякого человека, хотя бы немного зна­комого с языком православной иконы, ясно, что за прп. Архиппом (16) изображен храм сов­сем не «в виде башни» и с интересными по­дробностями — центральная часть с большим куполом, сравнительно большие окна в доволь­но высоком барабане, большая апсида на вос­точной стороне с небольшими боковыми окошками, мраморировка внутренних стен до уровня сводов и большая мраморная лестница перед главным входом на западной стене — все это обозначает конкретный храм арх. Михаила во Фригийских Хонах, а никак не «идеальный образ Церкви как воплощенного Небесного Ие­русалима».
 

Что касается иконы «Благовещения» (18), то «символическая архитектура за троном, напо­минающая одновременно дворец и храм», не имеет ничего общего ни с идеей «Богоматери-Церкви», неведомой православному богосло­вию, ни с «легко узнаваемым Горним Иеруса­лимом», а просто обозначает, что Благовещение произошло в закрытом помещении.
 

Кроме того, при описании икон часто сме­шиваются иконографические вокабулы благо­словения и «жеста речи». На иконе св. ап. Иоан­на Богослова (41) древний символ — простира­ющаяся из отверстых небес рука — имеет пер­вичный смысл не благословения, а «жеста речи». В предыдущем примере иконы св. вмч. Прокопия (38) один только Спаситель благословляет, держа десницу вертикально, а апостолы Петр и Фома, держа правую руку горизонтально, про­поведуют. Таким образом, на рассматриваемой иконе символ «десницы Всевышняго» обознача­ет, как и в древнейших изводах Крещения и Преображения, «глас с небес». Этот тайноводст-венный глас, открывающий высшие истины христианской веры, и слушает возлюбленный ученик в озарении Святого Духа, нисходящего на него в трех солнечных лучах, которые никак не могут «обозначать боговдохновенный текст Евангелия». Представления о том, что боговдохновенность обозначает дословный диктант свы­ше, придерживаются в наше время только му­сульмане-фундаменталисты, утверждая, что Коран упал с неба на арабском языке. Поэтому «три больших белых (?) луча» являются не неко­ей материализацией готового евангельского текста, а источником благодати, способствую­щей мистическому «вслушиванию» в небесный голос. Вот «жест речи» ап. Иоанна Богослова вполне можно понять в том смысле, что он обле­кает услышанные им неизреченные тайны в че­ловеческие слова, которые св. Прохор записыва­ет, внимательно слушая — образно это выраже­но тем, что он сосредоточено смотрит на пра­вую руку Тайновидца. Отметим в этой связи, что на синайских иконах довольно строго выдержа­но различие между иконографическими вокабу­лами благословения и «жеста речи», однако, осо­бого «пророческого благословения» (11, 25), ко­торое «в отличие от прямого действия говорит о передаче божественной благодати с небес на землю при участии святого посредника» (25), просто не существует.
 

Среди множества спорных интерпретаций рецензируемого издания обнаруживаются оп­ределенные предпочтения. Например, отчетли­во прослеживается тенденция к, если можно так выразиться, настойчивой «клерикализации» святых на иконах и их одеяний, в силу ко­торой Иоанн Предтеча объявляется «унаследо­вавшим ветхозаветное священство» (10); про­рок и боговидец Моисей возводится в первосвя­щенники (25); пророк Илия, как оказывается, изображен на иконе (26) не просто молящим­ся в пустыне во время чудесного кормления его вороном, а «священнодействующим в архи­ерейском стихаре с поручами», несмотря на то, что он, будучи фесвитянином, претендовать на «право на священство» никак не мог. В этой связи мы все-таки решимся возразить, что до сих пор о «священническом служении Богома­тери» (15) в Православной Церкви ничего не известно, и поэтому едва ли у неназванных «ви­зантийских богословов» можно встретить «ли­тургические ассоциации», согласно которым в иконе Вознесения (6) «Богоматерь, подобно священнику, приносит в жертву… Христа, Кото­рый показан в мандорле, как на дискосе» (6). Бессмысленно также говорить о «священстве св. Троицы» (28) даже, если «Десница Божия» действительно изображена с поручем, ибо по­ручи задолго до того, чтобы стать литургичес­ким облачением священнослужителей, состав­ляли более или менее обязательную часть сред­невековой византийской парадной император­ской одежды, и поэтому, если и придавать ка­кое-то значение этому поручу, то только как указанию на «единоцарственную державу Святыя Троицы». 

Наконец, несколько слов следует сказать о «священстве Христа». Изображение Христа в Софии Киевской, интерпретируемое как образ Христа-священника является исклю­чительно редким и ничего общего с публикуе­мыми иконами не имеет. Кроме того, право­славное церковное искусство до палеологовского времени знало только единственный «тайноводственный» извод, который называется либо «Евхаристия», либо «Причащение апостолов». Как известно, древнейшие примеры этой ком­позиции сохранились на двух дискосах из си­рийских деревень Риха и Стума (VI в.) и, по-ви­димому, с дискосов перешли на стены апсид. Очень важно отметить, что во всех этих изводах — и на дискосах, и на стенах апсид вплоть до палеологовского периода — Спаситель изображен в самом «каноническом» виде: обычная борода, длинные волосы, хитон, гиматий и т.д., но без всяких атрибутов иерейского или архиерейско­го служения. Лучший пример этой «каноничес­кой» формы — образ Пантократора в такой ранней версии, как первая из синайских икон альбома (1). Названный в комментарии «боль­шим Евангелием» кодекс в переплете с украше­ниями вовсе не «прижат к груди» (даже архи­ереи никогда его к груди не прижимают), но Господь держит его в левой руке в знак учительст­ва, а не священства, ибо основу образа Пантокра­тора составляет именно иконографическая фор­мула «Христос Дидаскалос» («Христос Учитель») вместе с вошедшими в эту композицию цар­скими мотивами. Поэтому «особые нижние ру­башки с поручами» Христа (4,10, 24) не имеют никакого отношения к несуществующим в ли­тургическом обиходе «священническим стиха­рям» (4, 9, 10, 24, 37), а также золотые полосы-ленты, то есть сlavi (5), по мнению автора, «ве­роятнее всего, связанные с представлением о священстве Христа», и даже «темно-синий по­яс» (19), «похожий на орарь и эпитрахиль», яв­ляются всего лишь традиционными для царско­го одеяния атрибутами.  

Упомянутые в коммен­тарии (1), наряду с «богослужебным Евангели­ем», «Малый Вход» и «двуперстное благослове­ние», которым Спаситель в качестве «первосвя­щенника-архиерея благословляет верующих во время службы», являются анахронизмами, некорректной экстраполяцией более поздних ли­тургических реалий.
 

Отметим здесь же, что белое полотенце, ко­торым Спаситель препоясался для вытирания ног учеников после их омовения, также совер­шенно необоснованно названо епископским эпигонатием (8).
 

Мы бы хотели предостеречь начинающих ис­ториков христианского искусства от небезопас­ного увлечения метафорами, уподоблениями, разнообразными символическими прочтения­ми, прибегая к которым, необходимо сохранять трезвость и даже некоторый гиперкритицизм, и которым, согласно 82 правилу Трулльского со­бора, всегда следует предпочитать непосредст­венное реалистическое восприятие изображе­ния. Приведем несколько иллюстративных, как нам кажется, примеров на эту тему. Едва ли сто­ит говорить, что Христос на иконе (29) «изобра­жен не как дитя», а, по мнению автора, как «Второе лицо Св. Троицы, показанное в круге, символизирующем вечное бытие». Но изобра­жение Второго Лица Святой Троицы помимо Его вочеловечения просто невозможно, а круг clipeus, как всегда в образе Знамения, совсем не символ вечного бытия, а позволяет показать не­видимое присутствие уже воспринявшего плоть и имевшго родиться в Вифлееме Второго лица Святой Троицы во чреве Его Матери. Круг, безус­ловно, общечеловеческий символ вечности, од­нако, нужно прежде всего считаться с христиан­ским конкретным содержанием образа. Кроме того, «образ Христа в круге на груди Богомате­ри» никак не может создавать «символический образ просфоры с невырезанным Агнцем, возла­гаемой во время проскомидии на дискос», по­скольку, как известно, она в таком виде не возла­гается на дискос во время проскомидии, потому что Агнец вырезается не на дискосе, а перед ним, на особой тарели, и уже вырезанным кла­дется на дискос на заклание. Неправильное тол­кование этимасии — эсхатологического престо­ла, уготованного именно для восседания Царя Славы, трактуемый как образ алтарного престо­ла, на который никто не садится, приводит к то­му, что Богородица оказывается усаженной на предмет мебели, «уподобленный алтарному престолу с лежащим на нем белым литургичес­ким покровом» (15, 18).
 

Попытки всюду устанавливать «смысловые параллели», усматривать особые символические замыслы, насильственная «литургизация» (28, 33) иконы имеют результатом подмену церков­ного видения образа каким-то гнозисом, состав­ленным из псевдо-«литургико-евхаристических» ассоциаций. И тогда вполне можно утверждать, что Богородица, как и ап. Иоанн, в иконе Распя­тия (5) смотрит не на Своего Страдающего Сы­на, а на струи, «фонтанирующие из раны на Его груди», и что тонкий белый плат в Ее левой руке не для того, чтобы утирать им слезы, но имеет особый «литургический» смысл. Сцена омовения Младенца в иконе Рождества уже не восприни­мается как необходимая гигиеническая мера для омывания новорожденного, но как «некий свя­щенный ритуал» (14); «причудливая поза» Богомладенца в иконе (15) «отнюдь не плод невинной игры» в объятиях Матери, но «напоминание о Грядущем Снятии с Креста»; красивый ярко-красный платок, накинутый на голову и левое плечо Богоматери, имея «явное сходство с литур­гическими покровами в алтаре… зримо воплоща­ет мысль о Богоматери как алтарном престоле, на котором приносится Евхаристическая жертва» (37), а детская рубашечка Христа не без ориги­нальности отождествляется с «особыми одеяния­ми архиерея, которые использовались в обряде освящения нового храма», при этом богородич­ная икона приобретает «центральный литургиче­ский образ Христа-Архиерея», по-видимому, слу­жащего в «характерной позе спящего» (37); мч. Пантелеймон (34) в руках держит не просто му­ченический крест и «коробочку для медикамен­тов», «атрибут своей профессии», но «чудотвор­ные реликвии», причем «самого святого Пантеле­ймона», другими словами, он изображен с собст­венными мощами в руках. 

«Литургический сим­волизм» в комментарии к иконе «Оплакивание» (40) достигает ad Herculis columnas. В этой ико­не, действительно, воспроизводится иконогра­фия плащаницы, однако «выполнять роль литур­гической плащаницы», необходимой для кор­ректного исполнения чинопоследования «выно­са», такая икона никак не могла. Сама по себе иконография EPITAOIOΣ ΘPHNΟΣ, достаточ­но поздняя в данной иконе, располагает к литур­гическим ассоциациям Можно было предполо­жить, что тут пойдет речь о византийских миста-гогиях, о толковании Великого Входа и поставле-ния уготовленных даров на престол как Снятия с креста и Положения во гроб (см. Historia eclesiástica свят. Германа патр. Константино­польского), о чем учил уже Феодор Мопсуэстийский. Можно было бы вспомнить византийские воздухи с вышитыми изображениями «Положе­ния во гроб» и θρήνος, а также стенописные ком­позиции «Великого Входа» в изводах «Небесной литургии» палеологовской эпохи; затем плаща­ницы и чин их выноса, который уже в XV в. со­вершался во время вечерни Великой субботы и, наконец, более позднее появление этой иконо­графии на антиминсах. Однако «литургизация» в комментарии (40) традиционно проводится в «евхаристическом» направлении: оказывается, что «именно здесь искупительная жертва тракто­вана как Евхаристическое Таинство и показано первое богослужение у тела Христова». «Приме­чательную деталь создает жест рук, которыми Она (Богоматерь) поддерживает голову Христа». Это «особый литургический жест получения причастия». Более того, «жест Богоматери имеет смысловую параллель в изображении Иосифа Аримафейского, поддерживающего окровавленные ступни Христа. Покровенные руки, прини­мающие жертву, вызывают в памяти жесты из «Причащения апостолов». 

Неужели автор имеет в виду, что искупительную жертву принимает не Пресвятая Троица (см. Константинопольский со­бор 1157 г.), а Иосиф Аримафейский? И к тому же не Господь Сам на Тайной вечери совершил первую Евхаристию преломлением хлеба и бла­гословением чаши, заповедав своим апостолам творить сие в Его воспоминание, но первое бого­служение искупительной жертвы как Евхаристи­ческого таинства служили Богоматерь и Иосиф Аримафейский? Такие «евхаристические» ассо­циации кажутся более чем странными.
 

Мы вынуждены ограничиться перечнем лишь некоторых спорных утверждений, по­скольку ясно, что, если останавливаться подроб­но на каждом комментарии, получится целая книга «Refutatio».
 

Судить о том, в какой степени оправдалось пожелание синайского архиепископа Дамиана, высказанное в предисловии: «Будем надеяться, что иконографическое описание Алексея Лидо­ва — одно из важных достижений в научном мире», мы предоставляем читателю

Опубликовано: Искусство христианского мира. Вып. 5. М., 1999. С. 348-355.

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева

 Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!    

Св. вмч. и целитель Пантелеимон († 305): от почитания на Руси к PR-жертве

Оригинал взят у expertmus в Св. вмч. и целитель Пантелеимон († 305): от почитания на Руси к PR-жертве

Мало кто знает, что первоначально память св. вмч. Пантелеимона вошла в киевские святцы под 31 октября и лишь позднее празднование памяти всемилостивого заступника переместилось на 27 июля!  
Для справки: в 1940 г. при раскопках древнего престола Софии Киевской был найден медный ковчежец с честными мощами св. вмч. Пантелеимона, как было указано в резной надписи. Как и многие друге артефакты из раскопок М.К. Каргера, эта уникальная святыня бесследно исчезла, однако в фондах музея-заповедника «София Киевская» сохранилась полевая опись предметов, найденных при раскопках 1940 г. (инв. № НА-924), среди которых был отмечен и данный ковчежец. Об этой редчайшей находке, как ни странно, нет ни слова в публикациях археолога М.К. Каргера (Каргер М.К. Древний Киев. М.-Л., 1961. Т. 2), впрочем, для специалистов в столь постыдном факте нет ничего удивительного: http://www.expertmus.com/2014/06/blog-post_93.html
Аналогичная находка была сделана в 1966-1969 гг. во время ремонтно-реставрационных работ в Спасо-Преображенском соборе Чернигова, где археологам во главе с Н.В. Холостенко посчастливилось отыскать в специальном тайнике прямо под древним престолом, как и в Софии Киевской, серебряный ковчежец с честными мощами свв. Пантелеимона, Акакия и Маккавея, о чем свидетельствовала резная надпись на крышке (Холостенко Н.В. Мощеница Спаса Черниговского // Культура средневековой Руси. Л., 1974. С. 199-202). Датировка черниговского ковчежца определяется временем основания самого Спасо-Преображенского храма ок. 1030 г. князем Мстиславом Владимировичем (1026-1036), сыном св. равноап. царя Владимира Великого, во святом крещении Василия.
Таким образом, честные мощи св. вмч. Пантелеимона издревле являлись родовой святыней киевской великокняжеской династии и клались в основание первых кафедральных храмов Киевской Руси, согласно византийскому чину на основание и закладку храма. В связи с этим стоит отметить, что археологический сектор нашего Музея имени Андрея Рублева под научным руководством проф. Олега Германовича Ульянова в ходе ремонтно-реставрационных работ в древнейшем Спасском соборе Андроникова монастыря в 1993 г. смог обнаружить не только его самый ранний престол, но и деревянный ковчежец с честными мощами («позвонок», по описи 1993 г. в Научном архиве Музея имени Андрея Рублева): http://www.expertmus.com/2013/10/blog-post_20.html
Дело в том, что византийский чин на основание и закладку храма предусматривал обязательное положение честных мощей того или иного святого в тайном месте под св. престолом строящейся церкви, и уже VII Вселенский Собор (787) определил, что «на будущее время всякий епископ, освятивший церковь без мощей, должен быть извержен» (Правило 7). Уже в «Пасхальной хронике» (VII в.) было известие о положении честных мощей св. ап. Тимофея, ученика св. апостола Павла, под св. престолом константинопольской церкви свв. Апостолов в 355 г. (PG 92. Col. 733a). В греческих рукописях византийского Евхологиона XI в. (PBN. Coisl. 213 и др.) содержится полное описание чиноположения священнодействующем архиереем честных мощей в особый ковчежец, которым руководствовались киевские предстоятели со времени Крещения Руси (опубликовано: Goar J. Euchologion Venetia, 1730. P. 832-844).
Выбор честных мощей св. вмч. Пантелеимона при закладке первых кафедральных храмов на Руси был вполне закономерен, поскольку, судя по дошедшим источникам, именно их дарили ромейские василевсы в качестве особо ценных свадебных подарков при бракосочетании с правящими домами христианской Европы. Так, император Иоанн I Цимисхий (969-976) лично преподнес честные мощи св. вмч. Пантелеимона кельнскому архиепископу, прибывшему в Константинополь в 972 г., чтобы сопровождать племянницу Цимисхия царевну Феофано, вышедшую замуж за наследника престола Римской Германской империи, будущего императора Оттона II (973-983). Вероятнее всего, честные мощи св. вмч. Пантелеимона впервые попали на Русь также в качестве драгоценного приданого ромейской царицы Анны Порфирородной, ставшей женой св. равноап. царя Владимира Великого, Крестителя Руси. С конца Х в. почитание св. вмч. Пантелеимона в Киевской Руси стремительно растёт, как показывает целый ряд княжеских печатей с образом св. вмч. Пантелеимона, засвидетельствовавших факт крещения в его честь представителей киевской великокняжеской династии (Пантелеимоном был назван уже вел.кн. киевский Изяслав Мстиславич, внук знаменитого Владимира Мономаха).  

К сожалению, в литературе встречаются ошибочные утверждения (Александр Назаренко (ИРИ), Ольга Лосева (ЦНЦ «Православная энциклопедия») // Церковно-научная конференция «Почитание святого великомученика и целителя Пантелеимона и русско-афонские связи (К 1700-летию блаженной кончины)» 15 декабря 2005 г. Москва), что якобы честные мощи св. вмч. Пантелеимона впервые появились на Руси лишь в XII в., когда .кн. киевский Изяслав Мстиславич основал в Новгороде в 1134 г. первый монастырь, посвященный св. вмч. Пантелеимону. Эти ошибки тиражируются раз за разом в новые издания, примером чему служит совершенно дилетантская «История Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне с древнейших времен до 1735 года» (Святая Гора Афон, 2015), написанная к мифическому «1000-летию русского монашества на Афоне»: http://expertmus.livejournal.com/83380.html

Об этой постыдной компиляции, претендующей на научность, пойдет речь в ближайших статьях в нашем музейном блоге, а пока заметим, что её составители напрочь пренебрегли историей самого святого покровителя русского монастыря на Афоне! Между тем, хорошо известно, что уже в конце Х в. на Святой горе Афон существовал монастырь св. вмч. Пантелеимона во главе с игуменом Леонтием Фессалоникийцем, от которого и пошло второе название монастыря, упоминаемое в древнейших афонских актах 1004, 1056, 1057 и др. гг., обитель Солунца («Фессалоникийца»). Видимо, составителям не терпелось поскорее пустить в оборот их ложную «сенсацию», что будто бы «русская обитель на Святой Горе основана при князе Владимире Святославиче» (Ук.соч. С. 80). Разумеется, такому голословному заявлению нет никаких исторических подтверждений, но Путин по-барски уже распорядился выделить огромные деньги из федерального бюджета на мифический юбилей «1000-летия русского монашества на Афоне», который приведет к такому же грандиозному международному скандалу, как и в случае с т.н. «дарами волхвов»: http://www.expertmus.com/2014/01/blog-post_18.html
Очевидно, что ни власть предержащие, ни РПЦ МП не извлекли никаких исторических уроков из полного провала пиар-акции к «700-летию со дня рождения Сергия Радонежского»:http://www.expertmus.com/2014/07/blogpost.html

Оригинал взят у expertmus в “Царский День” – память св. вмч. Пантелеимона (+ 305): из интервью проф. Олега Германовича Ульянова

пантелеимон.jpg

9 августа – День славы русского воинства, а Православная церковь в этот день вот уже в 1700 раз поминает святого великомученника Пантелеимона. Многим он известен более как целитель, который посвятил свою жизнь страждущим, безвозмездно излечивая всех обращавшихся к нему. По преданию, мощи Пантелеимона также обладают чудотворными свойствами. Но этот святой не только целитель, он является и небесным покровителем ратников. С его именем в России связаны две крупнейших морских победы – при Гангуте и Гренгаме. О святом и различных предсказаниях, связанных с его именем, Стране.Ru рассказал полномочный представитель Свято-Пантелеимонова монастыря на Святой Горе Афон проф. Олег Германович Ульянов.

портал.jpg


Тайна имени Пантелеимон

Имя святого великомученика и целителя Пантелеимона, “скорого помощника” в телесной немощи и болезнях на слуху у всех конфессий. В древней Никомидии (сегодня это турецкий город Измит – Страна.Ru), где он пострадал 27 июля (9 августа н.ст.) 305 года, совершаются ежегодные праздничные торжества, и туда стекаются тысячи православных христиан, армян, католиков и мусульман. Там же, в храме при митрополии, хранится книга “Кондак”, куда занесены автографы всех, кто когда-либо получил исцеление от своих болезней после молитвы к святому врачу. Такое широкое, а не узурпированное какой-то одной религией почитание связано отчасти и с его именем – Пантелеимон, – которое переводится с греческого как “Всемилостивый”.

Примечательно, что назван так святой был вовсе не от рождения и даже не при крещении. По преданию это имя возвестил Глас свыше во время смертных мук, или, как их называют в отдельных агиографических источниках, – Крещения страданием (страдания и зачастую смерть верующих в Христа людей, выпадающие на их долю в результате преследований Страна.Ru). Чудесным образом его прежнее языческое имя, под которым он был известен в земной жизни, Пантелеон – “Равный Льву” – вдруг было переменено при кончине.

Необычайно распространенное почитание Пантелеимона также связано с чудесными событиями, имевшими место в момент его мучительных страданий, запечатлевшихся в памяти народа и разошедшихся повсюду. Это и превращение крови, вытекшей из отсеченной головы, в целебное молоко, и внезапное плодоношение маслины, у которой он погиб. Известно, что в императорской сокровищнице в Византии кровь и молоко, собранные при усекновении главы великомученика Пантелеимона, вплоть до X века сохранялись как особо почитаемые святыни, дарующие исцеления страждущим.

маслина.jpg

Пророчество древней маслины

По преданию, на том месте, где должна была состояться казнь святого, росла старая маслина, и к ней его привязали, чтобы отсечь голову ударом меча. Но не успел мученик закончить свою предсмертную молитву, как один из воинов второпях размахнулся мечом и нанес, казалось бы, смертельный удар. Однако железный меч вдруг сделался мягким, как воск, и перегнулся вокруг шеи святого мученика, не оставив никаких следов. Тогда воины в ужасе упали перед ним на колени и стали умолять о прощении. Несмотря на их категорический отказ от казни Пантелеимон велел им выполнить царский указ после окончания молитвы. Когда голова великомученика покатилась по траве, из раны вместо крови потекла белая жидкость, как молоко. А когда она впиталась в землю под маслиной, прямо на глазах у людской толпы, теснившейся поодаль от места казни, на иссохшем дереве появились спелые плоды. Тот, кто брал и ел эти чудесные маслины, исцелялся от любых болезней. Когда нечестивый царь Максимиан узнал о таких удивительных событиях на месте казни святого, он приказал срубить маслину и сжечь ее вместе с телом великомученика. Но даже огонь не тронул тела, которое нашли под пеплом догоревшего костра неповрежденным. Через некоторое время на старом корне выросла новая маслина, как бы символизируя смерть и воскресение для новой жизни. От “воскресшей” маслины святого великомученика Пантелеимона русский монах лет сто тому назад взял косточку, принес на Святую гору Афон и посадил в русском Свято-Пантелеимоновом монастыре. Косточка пустила побег, и со временем на выросшей из нее маслине был повешен жестяной ящик со стеклянными боковыми стенками и неугасимой лампадой внутри.

На самом деле известно немало монастырей, посвященных великомученику Пантелеимону, и они находились в очень тесной связи друг с другом. Так, в Охридской архиепископии, откуда, по мнению ряда компетентных специалистов, Россия приняла и христианство, и первое православное духовенство, был монастырь святого Пантелеимона, основанный Климентом Охридским. Затем в Солуни (современный греческий город Салоники – Страна.Ru) тоже был издревле монастырь в честь великомученика, а это ближайшее место к Святой горе Афон, и отсюда возникает неразрывное преемство “пантелеимоновских” монастырей. Тем более, что именно из Солуни к нам на Русь пришли первые славянские просветители равноапостольные Кирилл и Мефодий. Их так и называют – “солунские братья”.

Известно, что монастыри, которые были основаны на Руси афонскими насельниками и жили по афонскому уставу, по сей день именуются “северным Афоном”, “уральским Афоном” и так далее. Почитание великомученика Пантелеимона пришло на Русь уже при основании первой монашеской обители в Киевских Пещерах, начало которой положил наш “Антоний Великий” русского монашества – преподобный Антоний Печерский. На это он получил благословение на Афоне, где принял иноческий постриг. Согласно историческим документам, уже в XII веке имя великомученика стало очень популярным и его часто давали младенцам при крещении. Так, великий князь Киевский Изяслав был наречен в крещении Пантелеимон. С ним связано первое чудо великомученика Пантелеимона на Руси, записанное в летописях. Князь выковал на своем шлеме изображение святого великомученика и был спасен его заступничеством от верной смерти в битве в 1151 году. С тех пор почитание святого Пантелеимона как целителя на Руси соединилось с его почитанием как небесного покровителя воинов.

Согласно сохранившимся афонским актам, усиление почитания целителя Пантелеимона на Руси в XII веке возможно связывать с передачей в 1169 году русскому скиту Богородицы (Ксилургу) на Афоне “на вечные времена” опустевшей афонской обители Фессалоникийца, которую греки и поныне называют Россикон. В хрисовуле (торжественной грамоте – Страна.Ru) византийского императора Андроника Палеолога, датируемом 1312 годом, ктитором “находящейся на св. горе честной обители Россов, чествуемой во имя св. Пантелеимона” назван сербский правитель. Дело в том, что именно в этом древнейшем афонском монастыре возникла и окрепла духовная связь русского и сербского народов. В русском монастыре на Святой горе Афон принял постриг величайший сербский святой – первосвятитель Савва Сербский (в миру царевич Растко, сын царя Стефана Неманича I – Страна.Ru). В память об этом один из его преемников сербский царь Стефан Душан в 1347 году даровал русской обители в знак благоволения главу святого великомученика Пантелеимона, которая являлась родовой святыней сербского царствовавшего дома, о чем сообщалось в присланном хрисовуле: “Царство мое посвящает обители Россов святую главу святого славного страстотерпца, бессребреника и целителя Пантелеимона, которая имеет на себе плоть, и которая засвидетельствована не только от отца моего и царя, но и от прежде его бывших царей, также от патриархов”. С этого времени честная глава великомученика неизменно пребывает в русском Свято-Пантелеимоновом монастыре. Для этой святыни в монастыре в 1812 году был заложен и в 1815 году освящен вселенским патриархом Григорием величественный Свято-Пантелеимоновский собор в византийском стиле, в алтаре которого находится ковчег с честною главой.

ковчег.jpg

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева, 2013-2015.

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

1000-летие первых русских святых мчч. блгвв. кнн. Бориса и Глеба не почтили главы РПЦ и УПЦ МП

Оригинал взят у expertmus в Путин: «Святые Борис и Глеб не могут быть для нас примером»

Памятник – Трубецкой,

Памятник – Борисоглебский;
Вокруг ни единой «детской» –

Мы все родились в «подлецкой»

Тропарь Мчч. блгвв. кнн. Борису и Глебу, во св. Крещении Роману и Давиду, глас 4:
Мученическою кровию порфиру окропивше светло,/ украшени предстоите, страдальцы славнии, Царю Безсмертному,/ и, венцы славы от Него приимше,/ молитеся стране нашей подати на враги одоление// и душам нашим велию милость.
Кондак Мчч. блгвв. кнн. Борису и Глебу, во св. Крещении Роману и Давиду, глас 3:
Возсия днесь преславная память ваша,/ благороднии страстотерпцы Христовы, Романе и Давиде,/ созывающи нас к похвалению Христа Бога нашего./ Тем, притекающе к раце мощей ваших,/ исцеления дар приемлем молитвами вашими, святии:// вы бо божественнии врачеве есте.
Молитва свв. мчч. блгвв. кнн. Борису и Глебу, во св. Крещении Роману и Давиду:

«Темь же ваю как похвалити не съвемъ… Ангела ли ва нареку, имъ же въскоре обретаетася близъ скърбящихъ, нъ плътьскы на земли положила еста въ чловечьстве. Чловека ли ва именую, то паче всего чловечьска ума преходита множьствъмъ чюдесъ… Цесаря ли князя ли ва проглаголю, нъ паче ч л о века убо проста и съмерена бо сътяжала еста, имъ же и высокая места и жилища въселистася. По истине вы цесаря цесаремъ и князя къняземъ, ибо ваю пособиемь… побежають, и ваю помощию хваляться. Вы бо… меча обоюду остра, има же дьрзость поганьскую низълагаемъ… вы убо небесьная чловека еста, земльная ангела, стълпа и утврьжение земле нашея. Темь же и борета… и пособита… вы молитву въздаета… О блаженая убо гроба приимъши телеси ваю чьстьнeи… Блаженая цьркы, в ней же положене быста рацe ваю святеи, имущи блаженеи телеси ваю, о Христова угодьника !… Нъ о блаженая страстотьрпьца Христова, не забываита отьчьства, иде же пожила еста въ тели, его же всегда посетъмъ не оставляета… вьсегда молитася о насъ и  ране да не приступить к телеси рабъ ваю. Вама бо дана бысть благодать, да молита за ны, вама бо далъ есть Богъ о насъ молящася и  ходатая къ Богу за ны. Темь же прибегаемь к вама… озълобление отъ насъ далече отъженета… избавита насъ… сътворита… заступита насъ, уповающихъ къ вама… молитву нашю усьрдьно принесета… Нъ ваю молитвы надеющеся…»


Мчч. блгвв. кнн. Борис и Глеб.
Начало XIV в.
154 х 104.
Музей русского искусства, Киев, Украина.
Инв. Ж-1.

6 августа 2015 г., в день 1000-летия мученической кончины князей-страстотерпцев Бориса и Глеба, во святом крещении Романа и Давида († 1015), – первых прославленных Церковью русских святых – ни в России, ни в Украине не было вообще никаких богослужений с участием предстоятелей поместных Церквей?!
Для справки: согласно агиографическим источникам, тотчас же после преставления 15 июля 1015 г. св. равноап. царя Владимира Великого, во святом крещении Василия, оба его родных сына от ромейской царицы Анны Порфирородной Борис и Глеб были злодейски убиты соответственно 24 июля и 5 сентября по приказу своего нареченного брата (по отцу) Святополка Окаянного, родного сына кн. Ярополка Святославича († 980). День первого в истории Руси братоубийства 24 июля стал именоваться «Борисовым»: так называл его не только вел. кн. Владимир Мономах (ПСРЛ. Т. I. Стб. 249), но и новгородский писец Матфей, которому принадлежит древнейшая рукопись служебной июльской Минеи конца XI в. со списком Службы святым Борису и Глебу: «азъ гръшьныи Матьфъи началъ писати кънигы сия, а Лавреньти до коньца» (РГАДА. Ф. 381. № 121. Л. 52 об.). Эта Служба надписана именем «Иоана, митрополита руськаго», что косвенно указывает на время её создания, причем автор Службы называет святых под их христианскими именами, в то время как в заголовке они упомянуты под княжескими. Срв.: в приписке XII в. к греческому Прологу сурожского происхождения под 24 июля указана память «святых новоявленных мучеников в земле Русской Давида и Романа» («τῇ αὐτῇ ἡμέρᾳ μνήμη τῶν ἁγ[ίων] νεοφαν[έντ]ων μαρτύρων ἐν ῥωσικοῖς χώραις δα[υὶ]δ καὶ ῥωμανοῦ») (Антонин (Капустин), архим. Заметки XII-XV века, относящиеся к крымскому городу Сугдее (Судаку), приписанные на греческом синаксаре // ЗапООИД. 1863. Т. 5. С. 620). Митрополит Руси Иоанн II, занимавший киевскую кафедру с 1076/1077 по 1089 гг., считается дядей знаменитого византийского поэта Феодора Продрома, который воспевал своего «дядю, названного Христосом, предстоятеля Русской Церкви, искусного в слове». До наших дней дошел славянский перевод «Правила церковнаго Иоанна митрополита руськаго нареченного пророком Христа», а также его Канонические ответы (ок. 1083/1084 г.) и Послание антипапе Клименту III (1084/1088). В северной башне Софии Киевской в ходе раскопок 1939-1940 гг. была найдена вислая печать константинопольского патриарха Евстратия Гариды (1081-1084), с кем вел переписку киевский митрополит Иоанн II.
В древнерусских богослужебных книгах память 24 июля со 2-й пол. XII в. сопровождается знаком креста в круге, отмечавшим главные после двунадесятых великие праздники, которым полагались бдения. Древнейшие паремийные чтения в Службах Борису и Глебу конца XI в. не были заимствованы из библейских книг, что уникально для константинопольского обряда. Тем не менее, канонизация свв. мчч. блгвв. кнн. Бориса и Глеба как «святых новоявленных мучеников в земле Русской Давида и Романа» состоялась при участии Константинопольского патриархата, на что указывает не только авторство Службы святым Борису и Глебу, но и конкретное свидетельство о нахождении борисоглебской иконы, написанной к прославлению первых русских святых, в кафедральном соборе Св. Софии: «у алтаря в Софии. … поставлена икона велика святыхъ Бориса и Глеба» (Лопарев Х. Книга паломник: Сказание мест святых во Цареграде Антония, архиеп. Новгородского, в 1200 г. // ППС. 1899. Т. 51. С. 15). Причем новгородец Добрыня (впоследствииновгородский архиеп. Антоний), который записал данное свидетельство ок. 1200 г., упомянул также константинопольскую церковь, посвященную первым русским святым Борису и Глебу, на берегу Золотого Рога: «а во Испигасе граде есть церковь» (πύλη της πηγής) (РГАДА. МГАМИД. Ф. 181. № 478. Л. 471-471 об.; Janin. Églises et monastères. P. 65).
По мнению М.Д. Приселкова, Борис и Глеб были причислены к лику святых, потому что они были сыновьями ромейской царицы Анны Порфирородной (Приселков М.Д. Очеркипо церковно-политической истории Киевской Руси XXI вв. СПб., 2003. С. 36-39, 56-59). В ряде списков Особого Жития Владимира и в Ростовском своде 1534 г. свв. мчч. блгвв. кнн. Борис и Глеб, действительно, названы родными детьми царицы Анны (РНБ. ОР. Пог. 1414; ГИМ. Муз. 288). Как полагают, Борис был крещен Романом в честь отца Анны, императора ромеев Романа II (Ρωμανός Β΄), скончавшегося через два дня после её рождения в 963 г. (Ioannis Scylitzae Synopsis Historiarum / Rec. Thurn. I. Novi Eboraci. Berolini, 1973. P. 254), а Глеб был крещен в честь библейского царя Давида. После преставления 15 июля 1015 г. св. равноап. царя Владимира Великого, во святом крещении Василия, его вдова царица Анна Порфирородная стала добиваться киевского престола для двух своих сыновей, обладавших приоритетным правом по своему происхождению от «царского корня», что и привело к убийству Святополком именно Бориса и Глеба (Поппэ А. Феофана Новгородская // НИС. Вып. 6 (16). СПб., 1997. С. 102-120). О широком почитании первых русских святых мчч. блгвв. кнн. Бориса и Глеба вскоре после их канонизации можно судить по упоминанию в 1095 г. их честных мощей в описи ризницы знаменитого Сазавского монастыря в Чехии: «reliquiae sancti Glebii et socii eius» (Fontes rerum Bohemicarum. Pragae, 1874. Т. 2. Р. 251).

Увы, но в год празднования 1000-летия преставления св. равноап. царя Владимира Великого († 1015), Крестителя Руси, которое по указу президента России В.В. Путина возведено на государственный уровень, день 1000-летия мученической кончины его родных сыновей первых русских святых Бориса и Глеба 6 августа 2015 г. не был вовсе отмечен никаким богослужением, которое должен был по чину возглавить как предстоятель поместной Церкви, первой прославившей Бориса и Глеба, патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев) в Москве и митрополит Киевский и всея Украины Онуфрий (Березовский) в Киеве. Впрочем, чему тут удивляться, если Путин публично заявил, что «святые Борис и Глеб не могут быть для нас примером»?! См.: http://expertmus.livejournal.com/179203.html

Ныне по всей России и в Украине верующие молятся первым русским святым мчч. блгвв. кнн. Борису и Глебу о прекращении братоубийственной войны, развязанной кремлевским пенсионером, которому невдомек их подвиг, а главы РПЦ и УПЦ МП демонстративно игнорируют сам день 1000-летия их мученической кончины! Чего стоит после этого «молитва о мире на Украине», которую благословил к употреблению после сугубой ектении на Литургии патриарх Кирилл в своём обращении 17 июня 2014 г.?!
Получается, что в проповеди после Литургии в храме Христа Спасителя в День крещения Руси 28 июля 2015 г. по случаю 1000-летия преставления святого князя Владимира глава РПЦ всего лишь анонсировал 1000-летие мученической гибели Бориса и Глеба («казалось бы, они должны были силой отвоевывать Киевский престол у своего брата или же, зная, что тот способен на братоубийство, мечом защитить себя. Однако они становятся нашими первыми русскими святыми, отказавшись поднять меч на брата, и получают наименование “страстотерпцы”»). А буквально через несколько дней, когда вся Полнота Русской Православной Церкви отмечала 6 августа 2015 г. день 1000-летия мученической кончины первых прославленных Церковью русских святых Бориса и Глеба, её предстоятель предпочел удалиться «на воды»: http://www.expertmus.com/2012/04/memorize-tags-share.html

Точно также глава УПЦ МП митрополит Онуфрий (Березовский) никак не почтил столь памятный день, хотя еще в мае 2015 г., когда в Вышгороде (Киевская область, Украина) открылась XXI научная конференция «Древности Вышгородщины», посвященная 1000-летию мученической кончины святых князей-страстотерпцев Бориса и Глеба и 1000-летию успения Крестителя Руси равноапостольного князя Владимира, он выступил с посланием к своей пастве с призывом прекратить братоубийственную войну на Донбассе, следуя примеру святых страстотерпцев: «сегодня беда снова пришла в наш дом, … когда между братьями по вере густо посеяны семена вражды и междоусобиц, дающие свои кровавые всходы». На деле 28 июля 2015 г. глава УПЦ МП торжественно отметил День крещения Киевской Руси, учрежденный по указу президента Украины В.А. Ющенко №668/2008 от 25.07.2008 г. («установити в Украiнi День хрещення Киiвсьоi Русi – Украiни, який вiдзначати щорiчно 28 липня, у день пам,ятi святого рiвноапостольного князя Володимира – хрестителя Киiвськоi Русi”»), а затем полностью исчез из информационного пространства, как и его московский предстоятель …

Для справки: День Крещения Руси испокон века Церковь праздновала 1 августа, о чем сохранилось известие в хронографах ХVI в.: «Крестися князь великий Владимир Киевский и вся Русь августа 1» (ГИМ. Син. 323. Л. 365; Литовские епархиальные ведомости. 1872. № 12. С. 455; Настольная книга священнослужителя. Т. 3. М., 1979. С. 664). Эта дата в своё время была научно подтверждена акад. Б.А. Рыбаковым, который с помощью азимутального метода установил, что престольный праздник древнейшей Десятинной церкви, построенной в Киеве первой после Крещения Руси, приходился именно на 1 августа. Напомним, что, по мнению ведущих экспертов нашего Музея имени Андрея Рублева, местночтимой иконой Спасо-Андроникова монастыря, которую по преданию привез в 1356 г. из Константинополя свт. Алексий, являлся образ «Спаса оплечного», что позволяет определить первоначальное посвящение древнейшего в Москве Спасского собора Всемилостивому Спасу (празднество – 1 августа): http://expertmus.livejournal.com/18619.html


Novgorod, mid-14th century
Tempera on wood
H. 1.
62 m; W. 1.04 m
Provenance: one of the chapels of the Zverin Monastery in Novgorod.
Moscow, State Historical Museum, inv. 99727/2 И-VIII 5754

Иконография первых русских святых: «в древнерусской иконописи особое место принадлежит иконе “Борис и Глеб” (XIII в., Киевский музей русского искусства), которую традиционно относят к Новгородским памятникам и вокруг которой не утихают споры. Икона вызывает пристальный интерес благодаря двум факторам: прежде всего здесь изображены первые русские святые – сыновья великого киевского князя Владимира – Борис и Глеб, с другой – выяснение даты создания иконы существенно повлияет на роль памятника в сложении и развитии борисоглебской иконографии, имеющей прямые киевские корни.

Преступно убитые братом Святополком в борьбе за киевский престол Борис и Глеб были канонизированы православной церковью в 1072 г. сперва как мученики, затем и воины, они стали воплощением аристократического великокняжеского культа. В пантеоне национальных святых, которых не знала византийская иконография, они заняли почетное место, приобретая все большую популярность в литературе и искусстве, уже начиная с XI века. После канонизации святых, в XII веке их культ получил широкое воплощение во всех сферах искусства: возводятся посвященные им храмы (Вышгород под Киевом, Чернигов, Новгород), их изображения появляются на фресках (Кирилловская церковь в Киеве, в Старой Ладоге и Нередице близ Новгорода), особенно в мелкой пластике и сфрагистике. Кресты-энколпионы, известные уже с XI в. сыграли особую роль в сложении иконографии.

Принято считать прототипом или первоисточником всех живописных воспроизведений икону с изображением Бориса и Глеба, бывшую над захоронением святых в храме-усыпальнице в Вышгороде под Киевом, сооруженном 1112 или 1115 г. Установилось также мнение о том, что изображение князей на той иконе соответствовало их литературному портрету, описанному в “Сказании о святых мучениках Борисе и Глебе” -одно из древних произведений житийной литературы конца XI – нач. XII в. Уже тогда складывалась литературная и живописная традиция, наделявшая святых князей-мучеников и воинов – конкретной символикой и индивидуальными чертами.

Икона Киевского музея, датируемая XIII в., принадлежит к одним из ранних среди известных живописных изображений Бориса и Глеба и предположение об их близости киевской традиции и раннему прототипу не лишено основания. Это мнение укоренилось в искусствоведении, его признавали даже те исследователи, которые датировали икону более поздним временем – нач. XIV в., но отмечая при этом его архаические черты и вероятную близость древнему оригиналу.

“Борис и Глеб” происходит из Савво-Вишерского монастыря под Новгородом, основанного в XV в., однако сама икона была, видимо, перенесена из более древнего храма, посвященного эти святым, которые согласно летописи уже были в Новгороде в XII в.

Один из первых публикаторов иконы Н.М. Черногубов, приложивший немало усилий для спасения памятника и перенесению его в 1936 г. из с. Наталиевки под Харьковом в Киевский музей, тщательно исследуя икону по аналогии и ряду стилистических приемов убедительно доказал ее принадлежность домонгольскому периоду кон. XII – нач. XIII вв. Атрибуция Черногубова была поддержана авторитетными специалистами древней иконописи – реставраторами В.И. Кириковым, Н.В. Перцевым и Н.Е. Мневой, также относившие икону к домонгольскому времени.

Но с совершенно новой и неожиданной версией выступили в 1970-х годах московские искусствоведы Герольд Вздорнов и Геннадий Попов, пытаясь отнести икону к живописи тверского региона. Единственным и главным обоснованием этой теории послужила деятельность самого Саввы Вишерского, основателя новгородского монастыря, который при переезде из Твери мог, по их мнению, привезти с собой эту храмовую и почитаемую икону. В связи с этим они настойчиво придерживались ее датировки – 1-й четвертью XIV в., более соответствующей данному факту.

Одним из главных аргументов в пользу несостоятельности и необоснованности теории тверского происхождения иконы должно быть более глубокое исследование живописной поверхности, которое помогло бы установить более древний первоначальный слой и утвердило бы соответственно датировку домонгольским периодом.

Икона была расчищена в 1914 г. самым опытным в то время реставратором Г.И. Чириковым, освободившим ее от грубых поздних поновлений. Спустя много лет, в 1970 г. икону укрепляли и исследовали в реставрационных мастерских Музея имени Андрея Рублева. Однако, по всей вероятности, тогда не углублялись в своем исследовании до глубин более древней живописи под поновлением XV в., поскольку датировали икону именно этим временем (реставратор К.Г. Тихомирова).

Именно это стало основной задачей следующего периода изучения памятника, проведенного в 1983 г. реставратором Государственного Русского музея С.-Петербурга С.И. Голубевым. С помощью бинокулярного стереоскопического микроскопа ему удалось выделить в иконе фрагменты более древней первоначальной живописи. Они просматриваются на небольших участках, но, тем не менее, являются убедительным доказательством древности памятника, его более ранним, чем полагали многие, происхождением. Места, где сохранилась эта древняя живопись, действительно невелики: это части личного письма, одежды, орнаментов, сама манера письма с прозрачным, тонко сгармонизированным и вплавленным колоритом свойственна именно памятникам древней живописи кон. XII – нач. XIII века.

Таким образом, можно сделать вывод, так называемая архаизация иконы не была подражанием древним образцам, а отражала ее подлинную структуру. Основное поновление иконы в XIV в. по существу не исказило оригинал – авторская живопись была использована в качестве подмалевки при покрытии ее новым красочным слоем с характерными уже того времени белильными моделировками и высветлениями. Образная структура и композиция иконы остались по существу неизменными, вводя в заблуждение некоторых ученых, которые основывались в своих выводах на первом поновлении икон XIV в. с характерными ее особенностями, принимая ее безоговорочно за первоначальную живопись.

Одним из аргументов в доказательстве его древности было радиоизотопное исследование доски, которое поставило окончательную точку в споре по поводу его датировки. Этим доказывается также основополагающая роль киевской иконы в сложении борисоглебской иконографии. Икона относится к тому периоду, когда Новгород и Киев существовали еще в едином государстве и были тесно связаны единым художественным процессом развития». Л.Г. Членова, Национальный художественный музей Украины, Киев

См. также по данной теме

Найден престол храма Бориса и Глеба в Кидекше: http://rublevmuseum.livejournal.com/147349.html

«Православный» Путин поносит св. Царя-Мученика Николая II как «величайшего предателя России»: http://expertmus.livejournal.com/177442.html

Путин оскорбил святого Царя-Мученика, обозвав его “Николай Кровавый”: http://expertmus.livejournal.com/166130.html
Путин продолжает делать «исторические открытия»: http://rublev-museum.livejournal.com/289386.html
В кабинетах власти вновь переписывают историю России: http://expertmus.livejournal.com/134874.html

ilya_glazunov_vechnaya_rossiya.jpg

«- А вот Борис и Глеб хотя и святые, но страну отдали без боя, – сказал Путин, глядя на полотно, где святые тоже были изображены. – Просто легли и ждали, когда их убьют. Это не может быть для нас примером
– Я с вами совершенно согласен, – раболепно молвил художник».

Этот характерный диалог состоялся 10 июня 2009 г., когда премьер-министр Владимир Путин посетил галерею Ильи Глазунова, где поздравил художника, которому исполнилось 79 лет, с днем рождения, сообщил интернет-портал Правительства Российской Федерации. Илья Глазунов сразу повел ВВП в зал, где представлена огромная картина «Вечная Россия», написанная в 1988 г.. «Вот ликуют татаро-монголы, вот Владимир Святой, Сергий Радонежский, Борис и Глеб, Достоевский, Мусоргский, Столыпин, Троцкий…» – перечислял Илья Глазунов исторических деятелей России, изображенных на картине. Именно здесь Путин обрушился на свв. Бориса и Глеба.

Писатель Владимир Крупин на очередную безобразную выходку Путина отреагировал весьма жестко: «Почему Путин не понимает смысла мученического подвига князей Бориса и Глеба? Этот вопрос сложный потому, что глава правительства говорит на выставке художника так, как будто мы находимся во времена, когда был запрещен крестный ход. Борис и Глеб – первые русские святые. Они от того и святы, что жили по-Божьи и выполняли Божью волю, подчиняясь старшему в семье. Все мы, грешные, еще должны дорасти до понимания величайшего подвига первых русских святых Бориса и Глеба? Почему эти смиренные, безвинно погибшие люди после своей мученической кончины являлись святому благоверному Великому князю Александру Невскому перед Невской битвой и битвой на Чудском озере? Почему они приходили помогать Димитрию Донскому на поле Куликовом? Как понять эти факты? Ведь они не исчезли и не растворились как бесплотные духи, они же остались жить в Святой Руси, они же остались помогать нам, строить, созидать и молиться. Если бы это было не так, мы бы не молились им…Мне кажется, что все-таки это остатки большевистского или даже чекистского мышления, призывающего бороться до последнего вздоха. Я надеюсь, что все мы, грешные, доживем до тех времен, когда наши власти поймут, что вверенная им страна — это не просто государство, а Святая Русь, и подходить к ней с обычных точек зрения просто невозможно»: http://expertmus.livejournal.com/177442.html?thread=1585186#t1585186

Вопрос на засылку. Кому именно Борис и Глеб «отдали страну без боя», как утверждает Владимир Путин? Печенегам, полякам, французским оккупантам, немецким фашистам? Они просто не хотели воевать с наречённым братом. Кстати, современники святых Бориса и Глеба посчитали это подвигом и канонизировали их аж в 1072 г. как покровителей всей Русской земли!

«Изиде противу ему [Святополку] на Льто и ста на месте, иде же бе убиенъ святыи Борись. И въздевъ [Ярослав] руцe на небо и рече: Се кръвь брата моего въпиеть къ Тебе, Владыко, яко же и Авелева преже. И Ты мьсти его… Ей молю Тя, Господи, да въсприимуть противу тому. Аще и телемь ошьла еста, нъ благодатию жива еста и Господеви предъстоита и молитвою помозета ми!». В последовавшей за этим битве Святополк потерпел сокрушительное поражение и с позором бежал: «и приять възмьздие отъ Господа И  тако обою животу лихованъ бысть: и  сьде не тъкъмо княжения, нъ и  живота гонезе, и  тамо не тъкъмо Царствия Небеснааго и  еже съ ангелы жития погреши, нъ и  муце и  огню предасться» …
«И сейчас истерические призывы к мобилизации, всегда немедленной («к лету») и  тотальной («ситуация предельно критическая») срывают все попытки одуматься. Одни призывы отменяются еще более нервическими, и  кажется, что мысли уже не поднять голову, ее никто не услышит среди призывов к делу, уверенно забывающих о том, что русский народ уже сделал гораздо больше, несравненно больше над самим собой и  над природой своей страны, шестой части суши земного шара, чем какой бы то ни было другой народ в прошлом и  настоящем человеческой истории.
Дружина требовала от Бориса и Глеба мобилизации, решительного сражения, победы, взятия города, изгнания вероломного брата. Борис и Глеб сказали, что бороться за власть не будут даже под угрозой смерти. Поступок законных наследников Владимира Святого в год передачи власти стоит в начале нашей истории. Наша страна до краев полна невидимым присутствием погибших, ушедших, молчавших. Они давно и  неслышно стали неведомой частью нас самих.

Их не слышно. Но Борис и Глеб, не бившиеся за власть, власть ведь никому не отдавали, не вручали, не завещали. Власть у них не была отнята, вырвана, отвоевана, ведь нельзя отнять то, что не держат, во что не вцепились. И  само собой получается, что, хотя многие хватали власть в России, жадные от вида того, как она валяется на дороге, власть России остается все время по-настоящему одна: власть молодых Бориса и Глеба, никуда от них не ушедшая, им ни для какой корысти не нужная, им одним принадлежащая по праву, по правде, по замыслу страны.

«Империя зла?» Да, то место в мире, где зло на свою беду может размахнуться как нигде, не видя противника, который объявил бы ему войну по его правилам, и  не всегда сознавая, что его власть здесь уже тем самым давно и  тайно отменена» (Бибихин В.В. Власть России)

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева, 2013-2015.

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!