Неисповедимы пути Господни (кабак на костях в Музее Рублева)

Оригинал взят у annok в Неисповедимы пути Господни

Свято-Андроников, Андроников Нерукотворного Спаса) — бывший мужской монастырь на левом берегу реки Яузы, близ одной из Поклонных гор. Основан в 1357 году митрополитом Алексием как митрополичий монастырь, назван по имени первого игумена — Андроника, ученика Сергия Радонежского. В настоящее время монастырь находится в черте Москвы у Андроньевской площади.
Вот тянем меня туда и тянет. Просто уже сердце все вынуто.
А впервые я попала туда в мои 15-ть, когда в конце 80-х шло активное привлечение молодежи на уборку мусора и помощь строителям в монастырях московских. Попадала из моих ЖЖшных друзей не одна я. Вот мы с dudnev вычислили что были там одновременно и все никак не можем проверить. Хотя есть где-то и фотографии и фильм был снят тогда немецкой (или австрийской) киностудией про “постперестроечную молодежь” (как же он назывался?)

См. подробнее: http://expertmus.livejournal.com/143063.html
 

Возрождение монастыря началось аж после ВОВ, подписано Сталиным, заморожено Хрущевым, отморожено им же после гневных писем академиков (или Вы по-прежнему думаете, что при СССР такое вот было невозможно? а молодежь? все было – и письма и протесты и грамотные решения по ним, только хамства открытого вроде бы было меньше, в глубине, конечно хамили не без того).

Я вот про это хамство. В феврале 2013 года Генеральная прокуратура РФ внесла в Министерство культуры следующее представление:

Объекты и земельный участок ФГБУК «Центральный музей древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева» неправомерно используются коммерческой структурой, руководителем которой является сын директора музея. На территории объекта культурного наследия федерального значения «Ансамбль Андроникова монастыря» самовольно возведено здание ресторана. В церкви Архангела Михаила (XVII века постройки) проводятся бизнес-встречи и конференции.


См. также статью «В музее Андрея Рублева нашли ресторан, которым владеет сын директора музея Геннадия Попова»: http://expertmus.livejournal.com/152865.html

9 / 22 декабря – Зачатие Cвятыя Анны, егда зачат Пресвятую Богородицу

Оригинал взят у expertmus в 9 / 22 декабря – Зачатие Cвятыя Анны, егда зачат Пресвятую Богородицу

 

Тропарь Зачатию праведной Анною Пресвятой Богородицы, глас 4:

Днесь безчадия узы разрешаются,/ Иоакима бо и Анну услышав, Бог/ паче надежды родити тем яве обещавает Богоотроковицу,/ из Неяже Сам родися Неописанный, Человек быв,/ Ангелом повелев вопити Ей:/ радуйся, Благодатная,// Господь с Тобою.

Кондак Зачатию праведной Анною Пресвятой Богородицы, глас 4:

Празднует днесь вселенная/ Аннино зачатие,/ бывшее от Бога:/ ибо та породи// паче слова Слово Рождшую.

Оригинал взят у expertmus в 9 / 22 декабря – Зачатие Cвятыя Анны, егда зачат Пресвятую Богородицу 

22 декабря 2013 г. в 13.00 часов в подмосковном музее-усадьбе «Лопасня-Зачатьевское» в престольный праздник храма Зачатия праведной Анной состоялось открытие выставки одной иконы из нашего Музея имени прп. Андрея Рублева.

О событии, в честь которого написана икона и установлено празднование, известно из апокрифического Протоевангелия Иакова (II век). Согласно данному повествованию, у благочестивой семейной пары – Иоакима и Анны долгое время не было детей. Когда первосвященник отказал Иоакиму в праве принести Богу жертву, так как он «не создал потомства Израилю», Иоким удалился в пустыню, а его жена осталась дома в одиночестве. В одно и тоже время им обоим было видение ангела, возвестившего, что «Господь внял молитве твоей, ты зачнешь и родишь, и о потомстве твоем будут говорить во всем мире». После данного благовестия Иоаким и Анна встретились у Золотых ворот Иерусалима.

В 1962 г., когда вторично начали закрывать церкви, экспедиция из нашего Музея им. Андрея Рублева была направлена по храмам Подмосковья. Уже было известно, что в церкви Зачатие Святой Анны хранится образ XVI века, который был фактически спасен.

Зачатие праведной Анною Пресвятой Богородицы.
Конец XVI в.
95 х 73.
Икона была вывезена экспедицией Музея имени Андрея Рублева в 1963 г. из Зачатьевской церкви с. Лопасни (ныне -Чехов) Московской обл.
ЦМиАР. КП 1008.
Сохранность: значительные утраты в сценах молений Иоакима и Анны – с правой и левой сторон иконы, лик Иоакима более поздний, поля утрачены.


© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева.

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

Kantorowicz Ernst Н. The King’s Two Bodies – A Study in Mediaeval Political Theology (pdf)

 
Kantorowicz Ernst Н. The King’s Two Bodies – A Study in Mediaeval Political Theology.Verlag: Princeton University Press, 1998. ISBN 10: 0691017042 / 0-691-01704-2. ISBN 13: 9780691017044.
В 1957 г. Эрнст Канторович (Ernst Hartwig Kantorowicz) опубликовал в США книгу, которая прошла почти незамеченной для современников, но впоследствии стала образцовой работой для нескольких поколений медиевистов и историков идей (Kantorowitcz E. The king’s two bodies. A study in medieval political theology. Princeton, 1957). Книга Канторовича оказала существенное влияние на Бурдье и Фуко, а в 1990 гг. вызвала горячие споры и имела несомненное влияние на гуманитарные и социальные науки в США и Европе. Главным оппонентом Канторовича стал американский историк-медиевист Норман Кантор, который видел в историческом подходе Канторовича отголоски германского национализма. Эрнст Канторович обратился к концепции, получившей распространение в круге немецкого поэта-символиста Штефана Георге (т. наз. “George-Kreis”), к молодому поколению которого принадлежал и сам историк. Внимание к символическим формам и церемониальным аспектам исторического прошлого, восходящее к идеям Э. Кассирера, сближает Канторовича с Э. Панофским. 
Эрнст Канторович (1895-1963) – выдающийся немецкий историк-медиевист еврейского происхождения, непростая биография и многоплановое творчество которого привлекают все большее внимание историков (Эксле О. “Император Фридрих II” Э. Канторовича в политической полемике времен Веймарской республики. Доклад на коллоквиуме “Эрнст Канторович сегодня” (Франкфурт-на-Майне, дек. 1993 г.) // Одиссей 1996). 14 ноября 1933 г. Канторович выступил с инаугурационной лекцией в Университете им. И.В. Гёте во Франкфурте-на-Майне. Лекция носила название «Тайная Германия» (Das geheime Deutschland). По иронии судьбы, она стала его последним публичным выступлением в Германии. Отказавшись присягать новым властям, он эмигрировал сначала в Англию (Оксфорд), а затем в Соединенные Штаты Америки (Беркли). 
О Канторовиче вспомнили тогда, когда “новая историческая наука” заинтересовалась политической историей и началось обновление ее сюжетов и методики, связанное с решением таких задач, как анализ самого феномена власти, политическая семиотика, история политических представлений. Проблематика работы Канторовича во многом оказалась созвучной задачам политической антропологии, поскольку это был один из первых опытов обобщения возникших в Западной Европе представлений о королевской власти и ее сакральной природе. Книга была переиздана, переведена на многие языки, вызвала широкий отклик и самые разноречивые суждения.
Свое исследование историк посвящает “политической теологии” Средневековья. Как известно, король рассматривался в Средневековье и как индивид, и – по, крайней мере, уже со времен Каролингов – как сверхъестественное существо, причастное сакральной власти. Отсюда вопрос: к каким аргументам прибегала королевская власть для освящения своего господства и каким образом эволюция представлений о власти связана с эволюцией средневекового общества? Исследуя эти проблемы, Канторович опирается прежде всего на теологические и литературные сочинения, политические и юридические трактаты.

Представление о существовании “двух тел” короля нашло наиболее полное отражение в трактатах английских юристов XVI в. Канторович начинает с анализа этих трактатов, чтобы выявить характер и содержание представления о “двух телах” короля, а затем обращается к предшествующей традиции, чтобы посмотреть, как формировалось это понятие. Подтверждение существования исследуемого понятия он ищет и в трактатах знатоков римского права, и у Данте, и в теологии. Поэтому книга носит скорее характер связанных между собой единой темой очерков, чем монографического исследования.
В первой главе (“Проблемы: донесения Плаудена”) комментируется следующий пассаж из трактата английского юриста XVI в.: “У короля есть два тела, тело естественное и тело политическое. Его естественное тело, заключенное в нем самом, есть тело смертное, подверженное всем недугам, происходящим естественно или в результате несчастного случая, по недомыслию детского или почтенного возраста или вследствие других недостатков, присущих естественным телам обычных людей. Но его политическое тело, которое нельзя увидеть или потрогать, существует для наставления народа и для осуществления общественного блага: это тело совершенно свободно от детского состояния и других недостатков и слабостей, которым подвержено тело естественное. По этой причине то, что король делает в силу того, что обладает политическим телом, не может быть признано недействительным” (Kantorowitcz E. The king’s two bodies. A study in medieval political theology. Princeton, 1957. Р. 22). Эти два тела короля, по мнению средневековых юристов, составляют “невидимое единство”: каждое из них полностью “содержится в другом”. Но все же юристы, как показывает затем Канторович, констатируют превосходство “политического тела” над “телом естественным”.
Понятие “два тела” короля нашло отражение и в пьесах Шекспира, в чем Канторович видит подтверждение распространенности этого представления в XVI в. Об этом идет речь в главе II “Шекспир, король Ричард”. Трагедия короля Ричарда II у Шекспира интерпретируется Канторовичем как трагедия “двух тел” короля. Есть король мистический – король “милостью Божьей”. Но этот образ королевской власти у Шекспира постепенно сходит на нет, по мере того, как реальная власть короля слабеет. Образ короля, который “никогда не умирает” вытесняется образом короля смертного. Ричард II более не воплощает мистическое тело своих подданных и английской нации. Он оказывается предателем по отношению к своему бессмертному “политическому телу”. “Естественное тело” короля предает свое “политическое тело”. Власть короля оказывается призрачной, перед читателем лишь бессильная плоть.
Канторович обращает внимание на определенное сходство между сформулированной юристами концепцией “двух тел” и постулатами канонического права, удостоверяющими, что церковь и христианское общество в целом суть “мистическое тело” (“corpus mysticum”), во главе которого находится Христос. По его мнению, эти церковные представления были перенесены из теологической сферы в сферу общественного устройства в частности, государства, главой которого был признан король. Если термин “два тела”, пишет Канторович, заменить термином “две природы”, то станет ясно, что английские юристы XVI в. заимствовали свои представления из теологии.
Истоки этого представления Канторович ищет в трактатах анонимного нормандского юриста XII в., что составляет предмет третьей главы “Королевская власть, основанная на Христе”. Эти трактаты исполнены роялистских чувств и, по выражению Канторовича, еще горят “огнем, зажженным борьбой за инвеституру”. В трактате “Об освящении епископов и королей” речь идет о двойной природе короля, а также раскрывается мистический смысл миропомазания королей и епископов. По естественной природе своей король – обычный человек, а по божественной власти, переданной ему королевским миропомазанием, он – милостью Божьей Христос, Богочеловек. Аноним характеризует ветхозаветных царей: они предвосхитили приход настоящего владыки – Хриcта, “помазанного вечностью”. После прихода воплотившегося Христа и после его вознесения в качестве Царя небесного, земная власть получила свою функцию в системе спасения. Земные владыки являлись отныне не провозвестниками Христа, но его тенями, “подражателями” Христа. Христианский суверен – “christomimetes”, “актер” или “персонификатор” Христа. На земной сцене он представляет живой образ Бога. Но между королем и Христом существенная разница: Христос – “помазанник вечности”, а его земной прототип – король – “временный помазанник”.
Как считает Канторович, теологическая концепция королевской власти в это время (XII в.) строится вокруг антитезы natura- gratia (природа – милость). На этот счет историк приводит высказывания того же анонимного нормандского юриста: “Власть короля есть власть Бога; [она] принадлежит Богу по природе и королю по милости”. Таким образом, король есть в то же время и Бог, но по милости, и все, что он ни делает, он делает не только в качестве человека, но как “наделенный милостью Божьей”.
Все эти идеи, замечает Канторович, были очень актуальными в период борьбы за инвеституру. Защищая интересы королевской власти, сторонники монархии часто ссылались на божественную природу короля. Именно в это время и сформировалась теория «короля-священника», представление о королевской власти как литургической. Со временем ставшая очевидной невозможность победы в борьбе за инвеституру ни одной из сторон положила конец попыткам утвердить литургическую модель королевской власти. Представление о короле-священнике, в котором видели прежде всего образ Христа, постепенно исчезло. Но в Х-ХI вв. именно такие представления о королевской власти были, как предполагает Канторович, наиболее типичными.
Чтобы убедиться в этом, он обращается к иконографической традиции. Подтверждением того, что земной владыка воспринимался как “персонификатор Христа”, является, по мнению Канторовича, знаменитая миниатюра “Евангелия Аахенской капеллы”, выполненная в 973 г. в аббатстве Рейхенау. Эта миниатюра (см. фото) представляет восседающего на троне Оттона II. Суверен изображен с императорской диадемой, пурпурным плащом на плечах, все атрибуты его земной власти ниже его, тогда как сам он парит в небесах. Трон его подвешен в небе и в то же время спускается на землю, вокруг него – символы евангелистов, князья, церковные иерархи и т.д. Божественный нимб, окружающий руку Бога, почти касается королевского нимба. Император находится между Небом и Землей: он принадлежит и Земле, верша земные дела, и в то же время он существо сверхъестественное, наделенное властью небесной. Точно так же и в византийской иконографической традиции императоры изображались с нимбом над головой, этот нимб – символ вечной власти, идущей от бога, знак сакральной природы императора.
Напомним, что византийский император, пользуясь священным авторитетом, располагал более высоким статусом, чем папа римский, на что василевс Лев Ш Исавр (716-741), издавший в 723 г. указ об обязательном крещении евреев, без обиняков указал в переписке с папой: «Я царь и Первосвященник». Вот почему западные императоры, даже получив корону в Риме, все как один жаждали законного признания со стороны византийского двора: http://expertmus.livejournal.com/57596.html#
Когда представление о короле-священнике начинает терять свою очевидность, формирующаяся политическая мысль для подтверждения сакральной природы королевской власти обращается уже к иной аргументации. В четвертой главе книги (“Королевская власть, основывающаяся на законе”) историк прослеживает, как концепция королевской власти постепенно удаляется от теологической сферы и выкристаллизовывается новая политическая теория – не на основе представлений о короле как образе Христа, а на основе ученой юриспруденции. Это не означает, что прежняя концепция была отброшена и бесследно исчезли; скорее существовавшая ранее система ценностей была адаптирована к новому образу мышления – светскому и преимущественно юридическому.
На примере правления Фридриха II Гогенштауфена Канторович показывает, как это происходило. Фридрих II во всех своих актах вдохновлялся идеей Божества, но оправдание своих действий черпал из кодекса Юстиниана (так же, как раньше короли ссылались на библейскую традицию). По мнению Канторовича, в XIII в. на смену религиозным ценностям пришло римское право. Если в эпоху борьбы за инвеституру королевская власть рассматривалась как эманация литургических и сакраментальных ценностей, то теперь – как эманация права. Государь не переставал быть “королем и священником”, но утверждал свой священнический сан через посредство высоких претензий философии римского права, которое приравнивало экспертов права к священникам. Фридриха II называли “lex animata” – “воплощением Юстиции”. Императорский сан – величество, которое есть ex animata на земле и в котором гражданские законы имеют свое начало. Юстиция стала рассматриваться как опосредующее звено мeжду королем и Богом. Юриспруденция как закон божественных и человеческих вещей – таков лейтмотив юридических трактатов. Новая дуальность образа короля была основана на “религии права” – “religio juris”. Поле напряжения власти теперь определялось не поляризацией человеческой природы и божественной милости, а поляризацией, сформулированной в юридических терминах: “закон природы” – “закон человека”, или “природа – человек”, а позже “разум – общество”. Король – “отец и сын юстиции”. Отныне связь устанавливается между Христом и Юстицией, Таким образом, очевидной становится секуляризация медиаторской функции короля. Праву приписывается божественный характер: “Юрист может ошибаться, но Юстиция – никогда” (Kantorowitcz E. The king’s two bodies. A study in medieval political theology. Princeton, 1957. Р. 103). Государь же, являясь “воплощением Юстиции”, разделял с Юстицией ее могущество.
Все эти идеи получают свое развитие в политических и юридических трактатах, в частности, в сочинениях английского юриста XIII в. Брактона, анализу которых Канторович посвящает специальный раздел главы четвертой. Говоря о причастности короля к божественной Юстиции, Брактон утверждает, что государь “и выше и ниже закона”. В одном из трактатов он пишет: “Будучи викарием Бога и его министром на земле, король не обладает иной властью, чем та, которую он имеет от Закона”. В другом трактате он утверждает: “Король должен быть подчинен Богу и Закону, так как именно закон делает короля” (Kantorowitcz E. The king’s two bodies. A study in medieval political theology. Princeton, 1957. Р. 122). Сакрализация власти короля осуществляется через посредство юстиции.
Важно, что в это же время формировался принцип неотчуждаемости прав короны. Этой проблеме посвящен раздел “Christos-fiscus” (“Христос-фиск”) той же главы. По отношению к королевскому домену постепенно стала употребляться формула “Против короля срок давности недействителен”, которая ранее употреблялась лишь по отношению к имуществу церкви. Королевская казна, домен, регальные права стали рассматриваться как “неотчуждаемые” . На основании этих постулатов юристы начали подвергать сомнению, в частности, и законность «Константинова дара»: http://expertmus.livejournal.com/15796.html# 
Они рассуждали так: государь не имел права отчуждать собственность империи, а церковь, спустя много лет вспомнив о Константиновом даре, также не могла претендовать на эти земли, поскольку срок давности не распространяется на собственность империи (фиска).
Новый ореол теперь окружает нацию и рождающееся государство: административный аппарат и публичные институты стали приобретать тот характер, который ранее признавался за церковью. Средневековая дихотомия “sacerdotium” и “regnum” была заменена дихотомией короля и права. Но эта сакрализация статуса короля и государства была бы незавершенной, если бы новое государство само не рассматривалось как эквивалент церкви и в своих видимых частях, и как “мистическое тело”.
Анализу этих представлений посвящена пятая глава книги “Королевская власть, основанная на politia: corpus mysticum”. Канторович показывает, что взаимоотношения между государством и церковью приводят к образованию “гибридов” в обеих областях. Происходит взаимное заимствование инсигний, политических символов и пр. Папа украшает свою тиару золотой короной, облачается в императорский пурпур, посылает впереди своей процессии имперские стяги. У императора появляется митра на короне, он надевает папские башмаки и другие церковные одежды и во время коронации получает, как и епископ, кольцо. В XIII в. этот взаимный обмен символами переносится с персон на коллективные общности. Иерархи римской церкви стремятся сделать ее совершенным прототипом абсолютной монархии, базирующейся на мистической основе, в то время как государство все более становится квази-церковью и мистической корпорацией на рациональной основе.
Особое влияние на политическую мысль Позднего Средневековья имели представления о т.н. “мистическом теле церкви”. Понятие “corpus Ecclesiae mysticum” было в сжатом виде дано в 1302 г. папой Бонифацием VIII в булле “Unam sanctam”: “Движимые верой, мы должны верить в единую церковь католическую, а также апостолическую… без которой нет ни спасения, ни отпущения грехов… которая представляет собой единоe тело мистическое, голова которого Христос, а голова Христа – Бог” (Kantorowitcz E. The king’s two bodies. A study in medieval political theology. Princeton, 1957. Р. 146). Так духовной властью было предпринято усилие, пишет Канторович, чтобы дать отпор рождавшейся независимости светского политического корпуса и по возможности руководить им. Мысль Бонифация VIII состояла в том, что политическое тело имеет чисто функциональный характер внутри универсальной общности мистического тела церкви.
Само понятие о церкви как “corpus Christi” (“теле Христа”) восходит к апостолу Павлу, но термин “соrpus mysticum” (“мистическое тело”) не имел библейской традиции. Впервые он появился в каролингское время. Вначале этот термин употреблялся по отношению к освященной гостии. В XII в. термины меняют свое значение. Возможно, считает Канторович, это было связано со спорами о пресуществлении, имевшими место в XI в. В ответ на учение Беренгария Турского и еретиков, имевших тенденцию спиритуализовать освящение гостии, церковь должна была настаивать на реальном присутствии (а не спиритуальном и мистическом) Христа-человека и Христа-Бога в гостии. 
Освященный хлеб стал называться “соrpus verum” (“истинное тело”), а церковь – “соrpus mysticum”. После 1150 г. понятие стало использоваться для обозначения церкви как объединенного в таинстве христианского общества. После 1215 г., когда на IV Латеранском соборе был принят догмат о реальном присутствии Бога в гостии, и евхаристия была официально объявлена “соrpus verum”, термин “соrpus mysticum” стал использоваться для обозначения церкви как политического института. Выражение “соrpus mysticum”, которое поначалу имело лишь литургическийсмысл, получило и социологическое значение. Церковь вместе с церковной бюрократией стала рассматриваться как “мистическое тело Христа”. В дальнейшем, не теряя сакраментального характера, понятие все больше наполняется светским, юридическим содержанием. “Мистическое тело Христа” превращается в “мистическое тело церкви”. Уже Фома Аквинский употребляет это последнее выражение: “Как церковь в целом называется единым телом мистическим в силу своего сходства с естественным телом человека и в силу разнообразия своих функций, сходных с разнообразием членов человеческого тела, точно так же Христос называется главой церкви” (Kantorowitcz E. The king’s two bodies. A study in medieval political theology. Princeton, 1957. Р. 151).
В то время как грандиозная идея церкви “мистическое тело, голова которого – Христос” наполнялась светским содержанием – как корпоративным, так и юридическим, само светское государство впадало, быть может, в другую крайность, претендуя на свое почти религиозное освящение и прославление. В этих целях использовалась концепция соrpus mysticum, которую политизировала и секуляризировала уже сама церковь; и постепенно это понятие становилось достоянием юристов, государственных людей и ученых, создававших новую идеологию суверенных государств. Стремление сакрализовать государство привело к заимствованиям не только из римского права, но и из канонического. Новое территориальное и фактически национальное государство провозгласило свою независимость от церкви, использовав все богатство церковных идей.
Так, Винцент из Бовэ говорил о “соrpus reipublicae mysticum”, также подразумевая под этим все христианское общество. Всюду мы встречаемся с этим сравнением: “государь – глава мистического тела государства” сравнивается с Христом – главой мистического тела церкви. Образ Христа как супруга церкви переместился из духовной сферы в светскую и был адаптирован юристами для определения отношений между государем и государством. 
Французские юристы употребляют термин “соrpus mysticum” и по отношению ко всем сословиям общества. Наследование престола было определено кутюмой и согласием всех трех сословий: Король принадлежит “всему гражданскому или мистическому телу государства”. Имел место своеобразный мистический брак короля с королевством. Как церковь была “невестой Христовой”, его мистическим телом, так и королевская власть была “мистическим телом” королевства.
Тогда же – в XIII в. – возникает и понятие родины (patria), анализу которого Канторович посвящает специальный раздел. В классической античности это понятие означало совокупность всех моральных, политических и религиозных ценностей. В эпоху Средневековья оно изменило свой смысл; вассальные связи вытеснили идею patria, хотя само слово не исчезло. Оно употреблялось применительно к городу, деревне, лачуге и пр. Но в это время “сражаться за родину” было уже частным делом. Войны велись не с помощью ополчений граждан, а с помощью армий вассалов. Это скорее жертвы “рrо domino”, а не “рrо раtriа” (“за господина”, а не “за родину”). Только в XIII в. юристы провозгласили, что обязанность защищать родину выше вассальных обязательств.
Однако в церковном языке понятие “раtriа” сохраняло прежний смысл. Христианин был гражданином другого мира. Его настоящая родина – Царство небесное, Небесный Иерусалим. Цель христианина заключается в том, чтобы его душа попала “ad patriam Paradisi” – “в райскую родину”. Христианский мученик, умирающий “за веру” – образец для подражания. Во время крестовых походов взимались налоги “для защиты Св. Земли”. То, что было хорошо для “Христова царства”, было хорошо для королевств Сицилии, Англии, Франции. Идея “справедливой войны” провозглашалась ради защиты родины и Святой Земли. Крестоносец погибал в борьбе против неверных и сразу отправлялся в небесный рай. Ив Шартрский в своих трудах “Decretum” и “Раnormiа” собрал все отрывки, где небесное вознаграждение было обещано тем, кто умирал “за истину веры, спасение родины и защиту христиан”.
Но постепенно происходила секуляризация понятия “раtriа”, причем терминология заимствовалась из римского права, переполненного патриотической лексикой. Например, в “Дигестах” различались “patria propria” (свой город) и “communis patria” (“общая родина”). Легисты использовали символ Рима в качестве patria communis применительно к различным монархиям. Тaк, средневековый Париж – это Рим Франции. Франция стала постепенно patria communis для всех французов. Идея суверенитета Рима была заимствована всеми национальными монархиями. Верность новой родине, территориально ограниченной, заменила транснациональные связи фиктивной всеобщей империи. Церковная идея стала светской. Политики стали использовать силу религиозного чувства в откровенно политических целях нового мистического тела территориальной национальной монархии.
Во Франции возник культ королевской династии. Французские “христианнейшие короли” были наследственными защитниками церкви. Политико-моральные идеи смешивались с религиозными ценностями. Проповедник требовал от своих соотечественников жертв во имя своего короля. Смерть на поле боя за политический “соrpus mysticum” во главе с королем официально приравнивалась к мученичеству. Понятие “мистического тела родины” перекрывало понятие “мистического тела церкви”.
Итак, церковная идея “мистического тела” была перенесена на политические общности. Милость и Юстиция оставались вечными ценностями, они сыграли свою роль в разработке идеи континуитета новых монархий, так как идея правителя милостью Божией обрела новую жизнь в династических идеологиях, а идея Юстиниана о вечной и бессмертной власти сыграла важную роль в формировании представлений о неизменном характере королевской власти и короны и континуитете политических институтов. Об этом идет речь в следующей, шестой главе “О континуитете и корпорациях”.
За проблемой “двух тел короля”, как полагает Канторович, стоит проблема континуитета. Аристотелевская концепция “вечности мира” и ее аверроистская интерпретация – вопрос о вечном континуитете – стала в XIII в. философской проблемой номер один. С этого времени в западноевропейской политической мысли начинается процесс переосмысления доктрины о “вечности мира”. Этот процесс совпадал с процессом формирования представлений о “континуитете” в конституционной и юридико-политической сфере.
Тогда же формируется и представление о короле как главе вечного и бессмертного “политического тела”. Об этом речь идет в седьмой главе “Король никогда не умирает”. Формирование этой идеи зависело от нескольких факторов – представлений о вечности династии, бессмертии короны и королевском достоинстве.
Во времена господства литургического типа власти, как известно, король приступал к реализации своих прерогатив только после освящения церкви – миропомазания, которое и сообщало его господству сакральный характер. В эпоху секуляризации всех сфер общественной жизни все западноевропейские монархи стремились разъединить начало реального правления и его церковное освящение. Так, после смерти Людовика IX Филипп III сразу взял власть в свои руки и датировал свои указы с момента своего воцарения, а не с момента церковного освящения. Эдуард I после смерти Генриха III в 1272 г. сразу же стал править, хотя его коронация имела место лишь в 1274 г. За церковью остается лишь право объявления следующего правителя. Из публичного права заимствуется мысль о том, что на королевском троне преемник и предшественник есть одно лицо. По мысли ученых юристов, перерыва в наследовании не могло быть. Истинная легитимность короля – династическая. Право на трон наследника определяется Богом. В это время получает распространение представление о том, что св. Дух уже присутствует в королевской крови, тогда как ранее считали, что он явлен в выборе епископа, а дары св. Духа передаются путем церковного помазания. Французские легисты доказывали, что королевская династия происходит от Карла Великого, ее представители были святыми королями, по природе и по милости божьей наделенными мистическими способностями. Так династия, “королевский дом” приобретал черты сверхиндивидуального общества, сходного с “бессмертной корпорацией”.
Подобные изменения происходят и с представлениями о королевской короне. Представление о “видимой и невидимой короне” было характерно еще для античности: считалось, что император, помимо “материальной и видимой короны” – диадемы, имел “невидимую корону”, которой его короновали боги. Об этой невидимой короне можно было сказать, что она вечная (“соronа quae non moritur”). Во времена классического Средневековья в западноевропейских монархиях термин “корона” вновь входит в употребление. Однако он применяется прежде всего для обозначения фискального имущества, собственности королевства. В английских документах XII в. различают главных держателей, которые владеют тем, что “принадлежит короне”, и тех, кто держит от короля рыцарский фьеф не по праву короны, а по праву баронства. В трактате английского юриста XIII в. Гланвиля термин “корона” относится к публичной сфере и общественной пользе. Это то, что принадлежит королю, а значит является неотчуждаемым. К концу XIV в. формула о неотчуждаемости имущества короны была записана во все юридические акты. Король и корона становятся своеобразными вечными и безличными институтами.
В это же время формируется представление об особом “достоинстве” (“dignitas”) короны, которое рассматривалось как высшее воплощение суверенитета всего политического тела королевства. Юристы проводили аналогию между королевским достоинством и сказочной птицей Феникс, возрождающейся из пепла. Эта метафора соответствовала максиме “бессмертное достоинство” королевской власти. Английские юристы также доказывали, что не сам король бессмертен, а бессмертна его “dignitas”. Феникс не случайно был эмблемой королевы Елизаветы. Король умер – да здравствует король! Король-индивид мог умереть, но король как представитель суверенной Юстиции, воплощение “dignitas” – никогда (по мнению А. Буро, теория “двух тел” короля, содержащаяся в трактатах юристов елизаветинской эпохи, является всего лишь частным случаем применения более ранней и распространенной формулы “Dignitas nonquam moritur” (“бессмертное достоинство”), и Канторович неоправданно приписывает частному случаю характер “всеобщей догмы”. К тому же, отмечает Буро, сам текст Плаудена акцентирует неделимый характер личности короля, который есть и король милостью Божьей, и обычный человек. Речь идет, таким образом, об одном теле короля – см. Boureau A. Le simple corps du roi. L’impossible sacralité des souverains français ХV-XVШ. Р., 1988).
К тому же времени относятся первые изображения суверенов. Начиная с захоронения Эдуарда II в 1327 г. существует обычай помещать на крышке гроба “изображение” или “королевский лик” – из дерева или кожи. Демонстрация изображений монархов была связана с новыми политическими идеями, например, представлением о том, что королевская “dignitas” никогда не умирает и что через изображение юрисдикция умершего короля действует вплоть до дня его похорон, когда покойный король в последний раз представляет персону “dignitas”. Начиная с Людовика XII (умер в 1515 г.) надгробные памятники французских королей начали представлять короля или королевскую пару такими, какими они выглядели в жизни, чаще всего склоненными в молитве; или же надгробная скульптура изображала короля под покрывалом, с закрытыми глазами. На закате Средневековья западная культура особенно остро осознала противоречие между бренным характером плоти и бессмертным великолепием “dignitas”, которую эта плоть представляла. Утверждая бессмертие “dignitas”, юристы, тем самым, обнаружили и сделали более уязвимой эфемерную природу смертного венценосца. Доктрина “двух тел” достигла в эту эпоху высшей точки своего развития.
См. подробнее «Судьбы реликвий и захоронений Парижа»: http://rublev-museum.livejournal.com/345327.html
Последняя, восьмая глава труда Канторовича посвящена анализу представлений о власти в сочинениях Данте.
В эпилоге своей книги Канторович пытается найти какие-нибудь намеки на существование понятия о “двух телах” короля еще в античности. Такие сведения он обнаруживает, например, у Плутарха, который различает “друзей Александра” и “друзей царя”. Представление о том, что античный правитель является божественным существом и в своем поведении подражает Богу, отражено в трактатах неопифагорейцев. Его отличие от взглядов нормандских юристов XII в. заключается, по мнению Канторовича, лишь в том, что в первом случае обожествление есть “результат мимесиса”, а во втором – результат наделения монарха божественной милостью (“gratia”).
Но все же, приходит к выводу Канторович, доктрина юристов тюдоровской эпохи опирается на паулинскую концепцию. Несмотря на определенное сходство с языческими представлениями, концепция “двух тел” короля является продуктом христианских понятий и представляет собой определенный этап развития христианской политической теологии.
* * * 
Исключительная важность книги и ее отсутствие в Сети заставляет выложить ее в таком варианте, датированном 2005 г., со «своей» пагинацией самого первого макета (совпадающей, без каких-либо отсылок о том, где и кем она выдана). Перевод книги был готов уже 8 лет назад, но Андрей Курилкин и его коллеги в «Новом издательстве» не смогли довести издание в силу ряда привходящих обстоятельств до типографии, и только в конце 2013 г. Институт им. Гайдара презентовал опубликованный первый русский перевод книги Канторовича (все авторские права на книгу Канторовича, напомним, принадлежат Принстонскому университету!).
ЭРНСТ КАНТОРОВИЧ. ДВА ТЕЛА КОРОЛЯ. Исследование по средневековой политической теологии / Пер. с англ. А. Ю. Серегиной. М.: Изд-во Института Гайдара, 2014. 744 с.
См. также по данной теме статью «Символическая история европейского средневековья»: http://rublev-museum.livejournal.com/379468.html

Downloads

© Блог экспертов Музея имени Андрея Рублева, 2013.
 

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

Несущий смерть (факелоносец Сочи-2014 умер после эстафеты огня в Кургане)

Дмитрий Абрамов: Несущий смерть (факелоносец Сочи-2014 умер после эстафеты огня в Кургане)

До самой своей кончины на эстафете олимпийского огня Вадим Горбенко продолжал трудиться, возглавляя областную школу олимпийского резерва…


«- Я думаю, этот человек убьет любого, кому не исполнилось шестидесяти, если тот назовет его Поп, – без тени улыбки ответил мистер Бейкер.
И Кевин понял, что мистер Бейкер не шутил» (Стивен Кинг. Несущий смерть, или Солнечный пес (The Sun Dog), 1990).


В уральском Кургане днём 15 декабря 2013 г. после пробежки скончался факелоносец Сочи-2014. 73-летний заслуженный тренер по греко-римской борьбе Вадим Горбенко стал первым факелоносцем Зауралья, приняв в 15:00 эстафету Олимпийского огня «СОЧИ-2014» от «хранителей огня». Он сразу почувствовал себя плохо по окончании первого этапа олимпийской эстафеты в Кургане. Курганский спортсмен был госпитализирован, но спасти его врачам не удалось. По предварительным данным, причиной смерти стала сердечная недостаточность …

См. также «Олимпийский огонь XXII зимних Игр в Сочи потух в Кремле и зажжен от зажигалки ФСО»: http://expertmus.livejournal.com/138163.html

Вадим Федорович Горбенко с 24 лет работал в спортивном образовании, он воспитал больше ста мастеров спорта СССР и России по греко-римской борьбе, в том числе лидера российской сборной Александра Меньщикова. Он был награжден медалями «Ветеран труда», «За трудовую доблесть». До самой своей кончины на эстафете олимпийского огня Вадим Горбенко продолжал трудиться, возглавляя областную школу олимпийского резерва. Земляки отметили его статусом почетный гражданин Курганской области.

Отметим, Олимпийский огонь прибыл в Курган днём 15 декабря 2013 г. в специальном поезде из Свердловской области. Ранее эстафеты прошли в трёх городах Свердловской области: Нижнем Тагиле, Екатеринбурге и Каменске-Уральском. Жителям Кургана несказанно повезло: Олимпийский огонь прибыл в выходной день – воскресенье. В 15.00 на площади Слосмана перед Центральным вокзалом состоялась торжественная встреча пламени, символизирующего спортивное единение всего мира. Красочная концертная программа накаляла атмосферу, часы на здании вокзала отсчитывали минуты. Волновался перед встречей огня и первый факелоносец – Вадим Горбенко: «Это, конечно, доверие. Большое доверие за то, что Олимпиаду я почувствовал сам лично. Потому что я был на Олимпиадах, где мои ученики выступали. Мои ученики прошли на трех Олимпиадах: 80, 96 и 2000 году. Поэтому накал большой!».
С честью пронеся свой факел, один из самых прославленных тренеров Зауралья, передал эстафету следующему участнику. 

Городской маршрут продолжили лучшие люди региона. На 20 минут лампаду с олимпийским огнем занесли в Курганскую областную филармонию прямо во время концерта, посвященного 200-летию со дня рождения Джузеппе Верди. «Хранители огня» вышли на сцену филармонии, где в тот момент Зауральский симфонический оркестр исполнял марш из оперы Верди «Аида». Одним из предпоследних с факелом пробежал губернатор Зауралья Олег Богомолов.

За три месяца до прибытия Олимпийского огня в Россию Оргкомитет «СОЧИ-2014» назвал имена первых избранных шести тысяч факелоносцев Эстафеты Олимпийского огня. Факелоносцы представляют все восемьдесят три региона России. В курганском этапе эстафеты олимпийского огня утвердили сорок шесть факелоносцев. Среди участников эстафеты – председатель Союза промышленников и предпринимателей и председатель совета директоров “Курганприбора” Сергей Муратов. Благодаря его благотворительной помощи в Зауралье выросли новые храмы, а недавно на территории завода построили церковь. Сергей Муратов, факелоносец эстафеты олимпийского огня «СОЧИ-2014» (г. Курган): «Сравнение у меня такое с Благодатным огнем. Потому что я каждый год стараюсь посылать машину в Екатеринбург за Благодатным огнем. Ну а здесь, коль я езжу за Благодатным огнем, а тут Олимпийский огонь – не то, что можно провести параллели, но все-таки символичные вещи» …

© Блог экспертов Музея имени Андрея Рублева, 2013.

«Последний бал Романовых» в путинской России

Большие плакаты, появившиеся на улицах Москвы, изображают странную пару: бородатый мужчина с робким взглядом в меховой шапке и расшитом золотом кафтане, а рядом с ним горделивая правительница в сверкающем драгоценностями старорусском костюме. Это Царь Николай II и его супруга Александра на специальном балу, который состоялся в 1903 г. в Зимнем дворце (см. фото).



Для справки: 11 февраля 1903 г. в Зимнем дворце состоялся вечер, а 13 февраля – грандиозный костюмированный бал. Это был последний бал императорской России. До настоящего времени этот бал, за которым закрепилось условное название «Бал 1903 года», – самый известный праздник в Санкт-Петербурге времени царствования последнего из рода Романовых. Гости собирались 11 февраля 1903 г. в Романовской галерее Эрмитажа, а затем в Большом (Николaевском) зале Зимнего дворца, шествуя попарно, они отдавали «русский поклон» хозяевам.

По распоряжению Императрицы Александры Федоровны после балов 11 и 13 февраля лучшие фотографы Санкт-Петербурга (Боассон и Эглер, Александр, Ренца и Шредер, Левицкий и др.) выполнили одиночные портреты и групповые снимки участников бала. Эти фотографии послужили основой для издания альбома с фототипиями, содержащего около двухсот изображений. Альбомы распространялись (за определенную, довольно высокую, плату) с благотворительной целью в первую очередь среди участников бала.



От редакции
. Согласно Утвержденной Грамоте Великого Всероссийского Собора от 21 февраля 1613 г.: «целовали все Животворный Крест и обет дали, что за Великого Государя, Богом почтенного, Богом избранного и Богом возлюбленного, Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича, всея России Самодержавца, за Благоверную Царицу и Великую Княгиню, и за Их Царския Дети, которых Им, Государям, впредь Бог даст, души своя и головы положити и служити Им. Государям нашим верою и правдою, всеми душами своими и головами. Заповедано, чтобы избранник Божий, Царь Михаил Феодорович Романов был родоначальником Правителей на Руси из рода в род (sic!), с ответственностью в Своих делах перед Единым Небесным Царём». В этом историческом документе было записано также ВЕЧНОЕ ПРОКЛЯТИЕ всем, «кто пойдет против сего Соборного постановления – Царь ли, Патриарх ли (sic!), и всяк человек, да проклянется таковой в сем веке и в будущем, ОТЛУЧЕН бо будет он от Святыя Троицы»: http://expertmus.livejournal.com/89380.html?thread=1008164#t1008164

См. также по данной теме –

«В Польше хотят праздновать 400-летие принесения низложенным московским царем присяги их королю»: http://rublev-museum.livejournal.com/356267.html#

«Последний бал империи»: http://rublev-museum.livejournal.com/381435.html#

Фильм «Николай II: сорванный триумф», который был снят к 90-летней годовщине ритуального убиения Царственных Мучеников: http://expertmus.livejournal.com/35273.html

Об участниках екатеринбургского злодеяния см.: http://expertmus.livejournal.com/35948.html



Десятью годами позже – в 1913 г. вся Российская империя с размахом отмечала 300-летие Дома Романовых. Именно этот юбилей послужил поводом для открытия в московском Историческом музее выставки под названием «Романовы. Портрет династии». Выставка, которая проходит в Государственном историческом музее с 4 сентября 2013 г. по 30 января 2014 г, представляет главных действующих лиц российской истории, которыми на протяжении более чем трех столетий являлись представители династии Романовых.

Главным спонсором выступила нефтяная компания «ЛУКОЙЛ», демонстрируя, что ей не жалко денег на напоминание о «русской славе». Польский турист, бродя по залам, полным скульптурных и живописных портретов правителей России, может испытать смешанные чувства. Ведь 1613 год – дата вступления на трон первого представителя рода Романовых – был началом роста силы России и ослабления Польши. Тремя годами ранее при Клушине гетман Станислав Жолкевский с войсками Речи Посполитой одержал последнюю на следующие триста лет блестящую победу над Москвой. Капитуляция польского гарнизона в Кремле в 1612 г. стала первым шагом на пути ослабления нашей страны и одновременного роста «Третьего Рима». Спустя 100 лет, в 1713 г., пересекающиеся кривые роста Москвы и угасания Польши выглядели особенно явственно. Россия под руководством Петра I была одним из основных участников европейской игры за доминирование, тогда как Польша при Августе III шла к упадку. Что скрывать, история Романовых – это история польской деградации и российской силы.

(Почти) простые русские

Самый древний предок рода, о котором сохранились документальные свидетельства, носил не слишком звучное имя Андрея Кобылы и был боярином при дворе московского князя Симеона Гордого. В XVIII в. такой предок был не совсем удобен, поэтому в генеалогии рода появилась романтическая идея, что Романовы происходят от сына прусского князя Гланда Камбилы, который бежал на Русь после подавления крестоносцами прусского восстания в середине XIII века. Ему удалось так проявить себя перед местными властями, что он стал основателем боярского рода. Первым успехом фамилии была выдача Анастасии Романовны Захарьиной замуж за царя Ивана Грозного в 1547 г. Она стала первой женой правителя, которая именовалась царицей, подарила Ивану шестерых детей и скончалась при невыясненных обстоятельствах ок. 1560 г. 

При Царе Иване Грозном вся семья Анастасии сменила фамилию на Романовы. Но настоящий исторический момент наступил после падения рода Годуновых, которое положило начало так называемому Смутному времени на Руси. 3 марта 1613 г. Земский собор избрал на царство Михаила Романова. После восьми лет войн и хаоса бояре почувствовали, что трон дальше пустовать не может. Михаил не был просто «проходным» человеком, он оказался хорошим и, как требовали российские стандарты, беспощадным к своим противникам властителем. Через год после вступления на трон он приказал казнить трехлетнего царевича Ивана Дмитриевича — сына Марины Мнишек и Лжедмитрия II. Сама Марина была повешена, а ее партнер посажен на кол. Когда были ликвидированы даже теоретические претенденты на трон, в 1618 г. Михаил заключил с Польшей Деулинское перемирие, а позже, в 1634 г. его дополнил Поляновский мирный договор.

Следующие цари Алексей (1645-1676), Федор III (1661-1682) и Иван V (1666-1696) сосредоточились на укреплении государства. После них появился создатель современной России и «революционер на троне» Петр I. Его дело пережило даже угасание мужской линии Романовых в середине XVIII в. и пополнение ее представителями дома Гольштейн-Готторпов. Но сила традиции была так велика, что у династии осталась прежняя фамилия – Романовы. Последним Романовым на троне был Император Николай II, которого вместе с женой, сыном Алексеем и дочерями Ольгой, Татьяной, Марией и Анастасией 17 июля июле 1918 г. тайно казнили безбожники.

Череда лиц

Переходя от одного портрета к другому, я всматриваюсь в глаза людей, которые кропотливо и жестко отстраивали силу своего государства. Удивляет небольшое количество картин XVII в. Одно небольшое изображение Царя Михаила на коне, конный портрет его преемника Алексея и эффектная парсуна его же – в богато украшенном золотом царском кафтане. В России долго не было традиции светской живописи, и даже правители, для которых делалось исключение, оставили после себя мало портретов. Все изменилось с вступлением на трон «европейца» Петра I. Царское меценатство привлекло в Петербург неплохих художников со всей Европы. Портрет молодого царя в 1703 г. (см. фото) написал голландец Готфрид Схалкен (Godfried Schalcken). Иностранцы доминировали все следующие 150 лет, хотя придворным портретистом Екатерины II, «ненастоящей» Романовой, был русский – Федор Рокотов. Смотря на этот портрет, я понял, что именно его вносят в польский сейм русские солдаты в фильме Анджея Вайды «Свадьба». Да, поляку сложно смотреть на это равнодушно …

В следующем зале начинается эпоха Павла, взбунтовавшегося сына Екатерины. Припомним, что именно он, придя на трон, освободил из Шлиссельбурга Тадеуша Костюшко (даже если он сделал это только назло ненавистной матери). В свою очередь, Александр I – это настоящий романтический кумир своего времени. Пышное великолепие, которое было призвано поражать подданных, отошло на второй план, а на первый выдвинулись легкость и элегантность. Сила, опирающаяся на безукоризненный, слегка небрежный стиль, – как у англичан.
Чувствуется, что Александр на этих портретах скорее европеец, чем русский. Но это лишь временная перемена. В изображениях его преемника Николая I и Александра II возвращается прежний помпезный «великорусский» стиль. А одновременно появляется увлеченность народными мотивами. 

Супруга Николая I Александра Федоровна велела изобразить себя в кокошнике, который совсем не вяжется с острыми нордическими чертами лица прусской княжны. После вступления на трон Александра III русская народность, начавшая преобладать на портретах, как-то по-человечески приближает правителей к зрителю. Александр III на портрете кисти Дмитриева-Оренбургского выглядит крепким крестьянином, который только и мечтает, чтобы похвастать своей удалью на деревенской ярмарке.

Еще больше трогает портрет Николая II 1896 г., написанный Ильей Репиным (см. фото). Гениальный художник мастерски уловил, насколько этот последний правитель не подходил к своей роли. Видя прямодушный взгляд царя, удивляешься: неужели именно так выглядел тот, кого прозвали потом Николаем Кровавым? Репин будто бы догадался, что единственной мечтой этого слабого человека была спокойная жизнь в кругу семьи. Злая судьба, словно мстя за сотни лет беззаконий в истории этой династии, поставила перед ним задачи, с которыми он не мог справиться. 

Такая политика… Историческая 

Еще немного скульптур, немного рисунков, изображающих Николая II на маневрах, а под конец фотографии в оттенках сепии, показывающие жизнь двора. Я спрашиваю сотрудника музея, где находится часть выставки, посвященная драматическому концу династии? «Эта экспозиция посвящена 300-летию дому Романовых, поэтому она охватывает период 1613-1913 годов», – звучит официальный ответ. Когда я с удивлением пересказываю эту историю своему московскому знакомому, он понимающе улыбается: «Это типично для исторической политики Путина».

Национальным достоянием России признается имперская эпоха Царей, но это не должно входить в противоречие с безгрешной советской эпохой. В руководстве Исторического музея нашлись способные ученики Путина. Они показали 300 лет династии в виде череды эффектных портретов, но предпочли остановиться до того момента, как началась кровавая резня, которую безбожники приготовили для последних Романовых. И имперская гордость удовлетворена, и неудобную тему обошли. Православная Церковь провозгласила Царя и его убитых близких святыми мучениками. Их иконы попадались мне в московских церковных лавках. Прямо просится, чтобы завершить выставку коллекцией современных икон, изображающих последних Романовых в образе святых!

На следующий день в книжном магазине на Тверской я купил альбом о гражданской войне в России. В нем есть фотография 1917 г., когда Царская Cемья после февральской революции находилась под арестом в Царском Селе. Царевич Алексей и три его сестры, одетые в простые платья, с беспомощным видом сидят у кого-то сарая. Чувствуют ли они приближение смерти? В объектив аппарата 1917 г. смотрят усталые и смирившиеся с судьбой глаза. Грустные глаза подростков, которые, скорее, чувствуют, чем понимают, что их безмятежному детству пришел конец. Пронзительная фотография. Но для такого, необыкновенно человечного снимка, на выставке портретов Романовых в московском Историческом музее места не нашлось … 

Опубликовано 12/12/2013: Historia pewnej kariery

© Блог экспертов Музея имени Андрея Рублева, 2013.

Пугачева и Галкин vs РПЦ

 

Дмитрий Абрамов: Пугачева и Галкин vs РПЦ

Вот теперь и посмотрим, какие меры дисциплинарного воздействия предпримет патриарх Кирилл, скрывавший до сих пор свою позицию относительно «суррогатного материнства»…


14 декабря 2013 г. «суррогатные дети» Аллы Пугачевой и Максима Галкина (см. фото) – трехмесячные малыши Гарри и Елизавета Максимовны – пережили первое важное событие в своей жизни – таинство Крещения. Чтобы оградить своих «суррогатных чад» от назойливого внимания прессы в приходской церкви, Пугачева и Галкин решили провести весь обряд в стенах своего «замка», расположенного в подмосковной деревне Грязь.

Именно в его стенах приглашенный супругами представитель РПЦ совершил всё таинство Крещения, на котором присутствовали и представители политического «бомонда» – председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко и первый заместитель председателя правительства Игорь Шувалов (см. фото). 

Разумеется, не обошлось и без друга их семьи – бывшего мужа Пугачевой Филиппа Киркорова (см. фото), который уже крестил свою «суррогатную дочь» Аллу-Викторию 8 апреля 2012 г., в двунадесятый праздник Вход Господень в Иерусалим (Вербное воскресение), в столичном храме Пророка Илии в Обыденном переулке. 


Помнится, тогда таинство Крещения совершил духовник Филиппа Киркорова игумен Тимофей (Подобедов), который предпринял экстраординарные меры по случаю крещения в своём храме привезенного из США «суррогатного дитя»: «Хочу поздравить Филиппа, а также дедушку с бабушкой, крестных маму и папу! Желаю, чтобы Алла продолжила творческий путь и раскрыла талант, данный ей родителями в рождении физическом!», а для журналистов в приходе пояснили: «нас даже попросили специально продезинфицировать чашу для крещения медицинским раствором. Для всех гостей приготовлены подарки, в которые положили какое-то ювелирное украшение и диск о первых шагах Аллы-Виктории». Кстати, восприемниками «суррогатного дитя» Киркорова стали телеведущий Андрей Малахов и подруга Филиппа Киркорова Наталия …

См. по данной теме статью «Филипп Киркоров выступил с амвона храма на крестинах дочери»: http://rublev-museum.livejournal.com/309000.html#

Правда, вскоре духовник Филиппа Киркорова игумен Тимофей (Подобедов) был снят с прихода после нашумевшего ДТП: http://www.echo.msk.ru/blog/expertmus/919876-echo/

Напомним, в октябре 2013 г. стало известно, что Алла Пугачева и ее супруг Максим Галкина стали родителями двойняшек, которые появились на свет от «суррогатной матери». Эта сенсационная новость буквально взорвала не только блогосферу, но и практически всё информационное пространство России и стран ближнего зарубежья:-)

8 октября 2013 г. официальный спикер РПЦ МП прот. Димитрий Смирнов, председатель Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства, комментируя взволновавшую всю общественность новость, призвал депутатов Госдумы последовать примеру своих европейских коллег и запретить «суррогатное материнство»: «мы видим, что дурной пример оказался заразителен. Это бунт против Бога, очень веселый фашизм: договор – деньги – отъем ребёнка»…

11 октября 2013 г. прот. Георгий Коваленко, пресс-секретарь предстоятеля УПЦ МП митрополита Владимира (Сабодана), также опубликовал в своем блоге на страницах всеукраинской газеты «Сегодня» реплику относительно восторженной реакции СМИ на информацию о рождении «суррогатной двойни» для Пугачевой и Галкина: «оказывается, молодой неженатый может заказать себе ребенка от «суррогатной матери». И беда не только в том, что этот мужчина разведен, а в том, что он кумир для тысяч людей, он один из идолов поп-культуры и звезда светских хроник. Когда это произошло, мне подумалось, что никто столько не сделал для профанации традиционных семейных ценностей, как этот популярный артист вместе с публично разведенным главой государства и публично заведшим новую семью политическим лидером ностальгирующих бабушек. Такая реклама нетрадиционной морали не снилась даже ЛГБТ-активистам». В данном случае пресс-секретарь предстоятеля УПЦ МП намекнул не только на особого «друга Украины» российского президента Владимира Путина, но и на лидера Компартии Украины Петр Симоненко, который в 2009 г. бросил свою семью и женился на молодой журналистке …

Для справки: новый закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», легализующий «суррогатное материнство», был подписал президентом РФ Д.А. Медведевым в 2011 г. С резкой критикой подписанного закона сразу выступил председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон (Шатов). По его мнению, легализация «суррогатного материнства» приведёт к дальнейшему разрушению семьи, которая как никогда нуждается сейчас в поддержке и заботе: «будет всё больше детей, которые не будут знать своего отца. Ведь право иметь ребёнка с использованием этих технологий получают и одинокие женщины. У нас и так много мальчиков, у которых нет отца, а мальчику, чтобы стать настоящим мужчиной, он необходим. Закон также дает право иметь ребёнка мужчине и женщине, не состоящим в браке. Но, согласитесь, забота отца о своем ребёнке в семье – это одно, а забота мужчины о ребёнке, которого воспитывает сожительница, – это другое. С другой стороны, закон сделает более циничным отношение к рождению детей. Будут разрушаться естественные чувства у матери, которая вынашивает детей на продажу. Этим законом попирается святость материнства. Понятно, что нужда иногда заставляет людей совершать безнравственные поступки, но законодательно закреплять их право на это неверно. Вот почему этот закон, как мне кажется, может иметь самые гибельные последствия для общества и для семьи». Как считает председатель Синодального отдела по благотворительности епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон (Шатов), на «суррогатное материнство» осмеливаются тогда, «когда люди чувствуют себя хозяевами жизни, когда они готовы весь этот мир изменить, перекроить, переделать на свой вкус, сделать его удобным для себя – попираются очень важные законы» …

Как известно, еще 21 октября 2011 г. Съезд православных врачей призвал руководство страны запретить «суррогатное материнство». Из Основ социальной концепции Русской Православной Церкви: «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоционально-духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности. «Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания…

В начале ноября 2013 г. скандально известный протодиакон Андрей Кураев в интервью «АиФ» раскритиковал позицию Церкви относительно «суррогатного деторождения». Кураев отметил, что Церковь не просто молчит по этому поводу, а даже … одобряет это: «недавно было официальное заявление спикера Патриархии о том, что суррогатных детей, конечно же, надо крестить. Но отказ в крещении был единственной возможностью для Церкви отстоять свои ценности»?! Спрашивается, что же это за ценности, коли их защита, по мнению Кураева, столь хрупка и зависит буквально от того, куда повернёт флюгер общественного мнения:-)

Как считает Андрей Кураев, все московские священники следят за новостями и не пропустят тот момент, когда Пугачева и Галкин придут к ним с просьбой окрестить младенцев: «если пара с огромным возрастным разрывом (а часто такие пары – лишь прикрытие гомосексуальности одного из супругов), приобретшая через «суррогатное материнство» дитя, придет вдруг его крестить, я считаю, что такое недопустимо…. Эти очень неприятные истории часто прикрывают гомосексуальные шашни наших эстрадных «звезд». Обычно «суррогатных детей» берут гомосексуальные пары, а среди «звездюков» нашей эстрады такая парность часто в порядке вещей. …Если же их «суррогатные дети» будут легко крещены, это будет означать, что они встретились с очередным бессовестным священником, который крайне небрежно относится к исполнению своего пастырского долга. И, на мой взгляд, на это должна будет последовать реакция Патриарха»!

Вот теперь и посмотрим, какие меры дисциплинарного воздействия предпримет патриарх Кирилл (Гундяев), скрывавший до сих пор свою позицию относительно «суррогатного материнства», на состоявшийся факт Крещения «суррогатных детей» Пугачевой и Гаплкина!

Тотчас же вслед за Кураеым ближайший «преемник» помощник патриарха Кирилла глава отдела внешних церковных связей (ОВЦС) Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион (Алфеев) на заседании Библейско-богословской комиссии предложил Русской Православной Церкви запретить крещение младенцев, появившихся на свет в результате искусственного оплодотворения, до достижения зрелого возраста, так как, по христианским канонам, такая практика является неприемлемой: «всякое вмешательство в процессы деторождения вне естественного союза мужа и жены не соответствуют христианскому пониманию таинства появления на свет богообразной человеческой личности, а также пониманию призвания мужчины и женщины, вступающих в богозаповеданные брачные отношения». Митрополит Иларион добавил, что «если родители не приносят явного покаяния в содеянном, а восприемники выражают согласие с совершившимся греховным деянием самим фактом своего участия в таинстве», то о последующем христианском воспитании ребенка речи идти не может: такие люди не смогут воспитать его должным образом»?!

Вряд ли ближайший помощник патриарха Кирилла митрополит Иларион (Алфеев) ведал, когда выносил столь суровый вердикт, что восприемниками «суррогатных детей» Пугачевой и Галкина станут … председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко и первый заместитель председателя правительства Игорь Шувалов:-)

Кстати, отказ РПЦ от крещения «суррогатных детей» до достижения ими зрелости митрополит Иларион попытался объяснил «пастырским значением», которое должно четко разъяснить, что «суррогатное материнство» является тягчайшим грехом. Он также заявил, что подобное вмешательство в естественный процесс деторождения де факто входит в диссонанс с традиционным христианским пониманием таинства зарождения человеческой личности. Тем не менее, Иларион (Алфеев) подчеркнул, что отношение Церкви к подобным детям является «крайне неоднозначным вопросом». Действительно, куда уж неоднозначнее, когда представитель РПЦ совершил-таки таинство Крещения «суррогатных детей» дряхлеющей королевы попсы! Надо полагать, за немаленькую мзду:-)

Вскоре вслед за официальным заявлением митрополита Илариона (Алфеева) РПЦ МП создала специальную рабочую группу по проблемам «суррогатного материнства», в том числе крещения таких младенцев, результаты работы которой должны быть представлены на пленуме Синодальной библейско-богословской комиссии в конце декабря 2013 г. …

Для справки: традиционная для Православия практика крещения младенцев связана с заботой Церкви о возможности достижения младенцами Царства Небесного в случае их кончины до достижения сознательного возраста. «Суррогатное материнство» запрещено на законодательном уровне в Австрии, Германии (наказание несут врачи и посредники, а не родители и «суррогатная мать»), Италии, Норвегии, Швеции, в отдельных штатах США, Франции, Швейцарии. В некоторых странах закон не запрещает «суррогатное материнство», но при этом никак его не регламентирует (Бельгия, Греция, Ирландия, некоторые страны Латинской Америки и Азии). Ранее сообщалось, что председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина договорилась до того, что предложила полностью запретить эту практику законодательно, сравнив суррогатное материнство с «ядерным оружием»:-)

Чудотворная Абалакская икона Богоматери в энциклопедии «Русская икона и религиозная живопись»

Оригинал взят у expertmus в Чудотворная Абалакская икона Богоматери в энциклопедии «Русская икона и религиозная живопись»

По сообщению пресс-службы Курганской и Шадринской епархии, материал о чудотворной иконе Абалакской Божией Матери «Знамение» храма святых первоверховных апостолов Петра и Павла г. Куртамыш Курганской области издан в капитальном труде «Русская икона и религиозная живопись» под редакцией О.А. Платонова в 2011 г. Настоящее двухтомное издание является первой в нашей стране и мире энциклопедией русской иконы. Она содержит более 1000 статей и свыше 3000 цветных иллюстраций лучших русских икон и произведений религиозной живописи с древнейших времен до начала XXI в.:  http://rublev-museum.livejournal.com/205969.html#

 
https://i0.wp.com/t-l.ru/i/logo.gif

Тюмень. Икона Абалакской Божией Матери «Знамение», пропавшая в годы Гражданской войны, хранится в тайнике бывшего Знаменского монастыря в Тобольске. Об этом в интервью информационному агентству «Тюменская линия» сообщил писатель, историк, краевед Александр Петрушин. По его словам, основанием для такого утверждения являются архивные материалы заведенного в 1931 г. полномочным представительством ОГПУ по Уралу уголовного дела № 8654 «О поповско-кулацкой контрреволюционной повстанческой организации «Союз спасения России».

«Руководителем организации был архиепископ Пермский Иринарх Синеоков-Андреевский, который после гибели епископа Тобольского Гермогена Иринарх до 1922 г. возглавлял Тобольскую епархию и размещался в Знаменском монастыре. Он был арестован в 1923 г. за сокрытие ценностей Тюменского монастыря, амнистирован и выслан за инакомыслие, – рассказал краевед. – Согласно архивным документам, на допросах в 1931 году Иринарх рассказывал, что при встрече в адмиралом Колчаком в 1919 г., верховный правитель России посоветовал ему вывезти святыни и ценности из Тобольска. Что он и сделал: закопал мощи Иоанна Тобольского под кафедральным собором, серебряную раку из-под мощей вывезли по Иртышу и Оби в направлении Томска. Рака не найдена до настоящего времени». Александр Петрушин уточнил, что Знаменский монастырь в Тобольске имел сложную систему подземных ходов, двойных стен и потайных комнат. «В одном из таких тайников икону Богоматери Абалакской и спрятали. Я уверен, что икона «Знамение» не покидала Тобольск и откроется людям при капитальной реставрации родной обители. Вопрос остается открытым, потому что разговоры о реставрации монастыря идут, но реальных работ пока не видно», – уточнил он.Тюменский краевед отверг гипотезу о том, что одна из наиболее почитаемых в Сибири образов пресвятой Богородицы находится в Австралии. «Есть предположения, что икону могли вывезти на север, но мои гипотезы основаны только на фактах и документах», – подытожил он.

 

Для справки: Абалакская икона Божией Матери (Абалацкая, Абалацкая-Знаменская) (празднование 27 ноября, 20 июля), самая почитаемая в Сибири икона. Название происходит от татарского селения Абалак, расположенного в 30 км от Тобольска. Абалакская икона Божией Матери (см. илл.) представляла собой список иконы «Знамение» Новгородской, дополненный образами свт. Николая и прп. Марии Египетской: http://expertmus.livejournal.com/46225.html Икона была вставлена в деревянную раму-икону с живописными изображениями Богородичных праздников. Размер иконы 27,0´ 22,5 см, размер рамы 108 х 80 см. В Сказании об иконе сообщается о явлении в 1636 г. вдовице Марии «в легком сне» 2 икон – Богоматери «Знамение» и прп. Марии Египетской и, «аки жива суща», свт. Николая. От иконы Божией Матери был голос, повелевший построить на Абалацком погосте церковь в честь иконы «Знамение» с приделами во имя прп. Марии Египетской и свт. Николая. С благословения Тобольского архиеп. Нектария (Теляшина) в 1636 г. началось строительство Знаменского храма с 2 приделами в честь Марии Египетской и Николая Чудотворца, положившего начало Абалакскому Знаменскому мужскому монастырю, и была написана икона протодиак. тобольского кафедрального собора Матфеем Мартыновым по заказу крестьянина Е. Коки, с выздоровления которого начались чудеса исцелений от иконы. Древнейшая редакция Сказания написана в 1641 г. при Тобольском архиеп.Герасиме (Кремлёве) на основании расспросных речей вдовицы Марии, сохранившихся в подлиннике (РГАДА. Ф. 214. Стб. 911. Л. 530-543). Ее автором предположительно был Савва Есипов, дьяк Тобольского архиерейского дома и составитель Сибирской Есиповской летописи. В сер. 40-х гг. XVII в. Сказание было продолжено записью чудес местным свящ. Павлом Стефановым; при митр. Корнилии (1664-1677) создана новая редакция памятника – текст подвергся стилистическим изменениям и был дополнен новыми чудесами (всего ок. 130 чудес – последнее датируется 1675), записанными в окружении Тобольского архиерея. Особой службы А. и. нет. Архиеп. Корнилий в память о прекращении дождей по молитве перед Абалакской иконой учредил в 1666 г. ежегодный крестный ход из Абалака в Тобольск, совпадавший с днем празднования (8 июля) другой сибирской святыни – чудотворной Казанской (Тобольской) иконы в кафедральном соборе. Икона оставалась в городе до 20 июля, ставшего вторым днем празднования иконе, позже прекратившегося, т. к. оно приходилось на время совершения крестного хода.

В дореволюционное время Абалакская икона являлась самой почитаемой святыней Сибири, а ее многочисленные списки находились во многих храмах и монастырях: в Москве, в Омске, Красноярске, Челябинске, Томске, Иркутске, Тюмени, Ишиме, Брянске и конечно в Зауралье. Будучи в заточении в Тобольске Семья Царственных Мучеников молилась у иконы. Примечательна запись в дневнике Царя-Мученика на праздник Рождества Христова: «После литургии был отслужен молебен пред Абалакской иконой Божьей Матери, привезенной накануне из монастыря»… Позже для Государя был сделан список с иконы, сопровождавший его до последних часов жизни в Екатеринбурге. Известно, что у Абалакской иконы молились каждый в свое время старец Григорий (Распутин), адмирал Колчак, белые генералы Корнилов, Каппель, Дитерикс, Попеляев и другие. По некоторым сведениям, в 1919 г., опасаясь за чудотворную икону Абалакской Божией Матери, еп. Мефодий с адмиралом А.В. Колчаком увозят на теплоходе икону из Абалакского монастыря Тобольска в Омск, а далее через Дальний Восток в Шанхай. Лишь спустя почти 80 лет стало известным точное место нахождения иконы – Австралия, пригород г. Сиднея – Кабраммат, храм Покрова Божией Матери РПЦ МП (см. илл.). Сюда она была привезена потомками белогвардейского генерала Михаила Константиновича Дитерихса (1874-1937).

 
В 2009 г. тюменский искусствовед Марина Софронова в своем интервью телевидению «Тюмень-регион» заявила, что в запасных фондах Третьяковской галереи имеется Абалакская икона, датируемая концом 17-началом 18 веков. В настоящее время в Знаменской церкви Абалакского монастыря, вместо подлинной иконы находится список Абалакской иконы Божией Матери, написанный в начале XX в. монахиней Иоанно-Введенского монастыря Августой.

Литература: Записки к Сибирской истории // ДРВ. М., 1788. Т. 3. С. 157-159; Абалакская чудотворная икона Богоматери. Тобольск, 1836 (и послед. изд.); Березин З. Абалацкий монастырь и чудотворная икона Знамение Божией Матери. Каз., 1848; Сказание о иконе Божией Матери, именуемой Абалацкою. М., 1849; Новые благодатные явления от Абалацкой иконы Божией Матери. Омск, 1879; Сулоцкий А., прот. Сказание об иконе Божией Матери, именуемой Абалацкою и о важнейших копиях с нее, с изображением иконы Абалацкой Божией Матери. Тобольск, 18886; Алексинский Д., свящ. Краткое сказание о чудотворной иконе Божией Матери, именуемой Абалацкою, о чудотворной копии с нее, находящихся в г. Семипалатинске и о святом ключе. Семипалатинск, 1900; Юрьевский А. Редкий памятник сибирской духовной письменности первой половины XVII века // Тобольские ЕВ. 1902. № 24. С. 447-464; Соловьев А. Святая икона Божией Матери, именуемая Абалацкою: Ее список находится в Семипалатинском Знаменском соборе. Серг. П., 1909; Поселянин Е. Богоматерь. С. 735-739, 744-745; Сказание об иконе Божией Матери, именуемой Абалацкою, что в селе Протопоповском, Тобольского округа. Томск, 1913; СККДР. Вып. 3. XVIII в. Ч. 1. С. 317-318; Ромодановская Е. К. Русская литература в Сибири первой половины XVII в. Новосиб., 1973. С. 139-140; Пивоваров Б. Небесной покровительнице Сибири // ЖМП. 1991. № 7. С. 35; Сибирская икона: Альбом. Омск, 1999.

© Блог экспертов Музея имени Андрея Рублева, 2011